Удивительные истории о бабушках и дедушках [антология]

Михаил никогда не разбирался в искусстве. В логистике, в автомобилях, в том, как сделать так, чтобы все шло, как ему надо — да. А вот в картинах, скульптурах, архитектуре — совершенно никак.

Он купил дом за городом недалеко от Москвы вовсе не потому, что так делали все. И даже не потому, что денег у него на дом хватало с избытком. Просто в какой-то момент понял, что стал очень уставать от потока людей. А за городом можно дышать. И никто не будет наблюдать, как и чем ты дышишь.

А однажды к нему в новый дом заехал Артем — его помощник и будущий совладелец компании — и сказал, что в доме Михаила не хватает красоты и картин. Еще он сказал, что уюта не хватает, но с уютом, казалось, все обстояло еще сложнее, чем с картинами. И тогда Михаил поехал в галерею, присоветованную Артемом. Там он почти час ходил между картинами, маялся, всматривался, раздувал ноздри, ерошил волосы на голове, но без толку.

Михаил от бессилия просто сел на скамейку, установленную в центре одно из залов, и сдулся. Достал из кармана куртки небольшую серебряную фляжку и отхлебнул большой глоток коньяка. Слава богу, он сегодня с водителем, хотя обычно водил машину сам. Коньяк побежал по горлу, добрался до груди, и стало горячо и хорошо.

Михаил даже, кажется, начал понимать суть картины, напротив которой сидел (четыре всадника мчат по маковому полю, у одного из них вместо головы карманные часы), когда к нему подошла худая девушка в белом брючном костюме, присела рядом и сообщила:

— Мы закрыты уже час, но если вас так заинтересовала эта картина, вы можете купить ее и любоваться вечно на вполне законных основаниях.

От девушки пахло жасмином, а ее голос обволакивал и увлекал на какие-то совершенно неизведанные глубины в абсолютно нездешних мирах.

— Если честно, мне, кажется, нужна помощь, — ответил Михаил. — В картинах. И вообще.

Девушка откинула со лба короткую светлую челку и молча протянула руку, куда Михаил положил увесистую фляжку. Девушка открутила звонкую крышечку, отпила из фляжки и вернула ее Михаилу.

— Тогда вы по адресу. Я искусствовед. А вообще — я Александра. Саша.

И девушка легко засмеялась и протянула Михаилу маленькую ладонь. Она все делала легко и просто. Воздушная, неземная, хрупкая.