Код креативности. Как искусственный интеллект учится писать, рисовать и думать

Художник Гарольд Коэн всю свою жизнь пытался создать код, который можно было бы считать самостоятельным творцом. В начале своей карьеры Коэн собирался стать традиционным художником, и в 1966 году, когда он в тридцативосьмилетнем возрасте представлял Великобританию на Венецианской биеннале, казалось, что он на верном пути. Вскоре после этой выставки он поехал в Америку и там познакомился со своим первым компьютером – благодаря встрече с Джефом Раскином в Калифорнийском университете в Сан-Диего. «У меня и мысли не было, что это может быть как-нибудь связано с искусством, – говорил Коэн. – Я просто заинтересовался программированием». Раскин, который впоследствии, в конце 1970-х, создал в компании Apple компьютер «Макинтош» (это название было выбрано потому, что любимый сорт яблок Раскина назывался McIntosh; его английское написание изменили на Macintosh по юридическим соображениям), оказался превосходным учителем.

Вдохновленный Раскином, Коэн начал разработку программы AARON, которая должна была создавать произведения искусства. Программа Коэна была написана по нисходящей схеме, с элементами типа «если… то…». Ко времени его смерти она насчитывала несколько десятков тысяч строк. Мне интересны те выражения, в которых Коэн описывал, как его программа выбирает, что она создаст. Он говорил, что AARON принимает решения. Но как он запрограммировал эти решения?

Люди, занимающиеся созданием компьютерного искусства, обычно очень не любят точно и подробно рассказывать, как работают их алгоритмы. Такое увиливание отчасти связано с тем, что они стремятся создать алгоритм, по продукции которого было бы непросто восстановить принципы его работы. Мне пришлось основательно покопаться в программе, чтобы понять, что центральным элементом «принятия решений» в программе, написанной Коэном, было применение генератора случайных чисел. Как и Неес, Коэн использовал случайность для создания впечатления самостоятельности машины или наличия у нее свободной воли.