Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]
- Автор: Хмелевская Иоанна
- Серия: Все произведения о пани Иоанне в двух томах #2
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Разные издания
- Переводчик: Вера Сергеевна Селиванова
- Жанр: Иронические детективы
Электронная книга - «Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]». Краткое содержание книги:
1. Свистопляска (Перевод: Вера Селиванова)
2. Две головы и одна нога (Перевод: Вера Селиванова)
3. Золотая муха (Перевод: Вера Селиванова)
4. ТТ, или Трудный труп (Перевод: Вера Селиванова)
5. Бабский мотив (Перевод: Любовь Стоцкая)
6. Убойная марка (Перевод: Вера Селиванова)
7. Кот в мешке (Перевод: Вера Селиванова)
8. Убить меня (Перевод: Вера Селиванова)
9. Зажигалка (без указания переводчика)
10. Бледная Холера (Перевод: Сергей Соколов)
11. Смерть пиявкам! (Перевод: Вера Селиванова)
12. Похищение на бис (Перевод: Нина Селиванова)
13. Бычки в томате (Перевод: Нина Селиванова)
14. Чисто конкретное убийство (Перевод: Любовь Стоцкая)
Правда, он выговаривал мне за разгульный образ жизни, который я заставила его вести в течение этой недели, но цели мы достигли.
И как все замечательно вышло, просто чудо!
Наша надежда зиждилась на том, что если уж я начинаю дебоширить, то делаю это довольно долго и со вкусом, поэтому есть шанс меня застать. Устроив очередной рейд по злачным местам, Томек напоролся на роскошную сцену.
В холле гостиницы «Виктория» я, крича во все горло, вырывала из рук какого-то шведа свою сумочку, которую тот пытался отобрать, одновременно вопя ничуть не тише. Язык у обоих скандалистов заплетался, потому что ни швед, ни я трезвостью не отличались. Но из выкриков было ясно, что швед слишком щедро оплатил мои услуги. До этого он кутил со мной в ресторане, потом мы перебрались в его номер, и, наконец, я спустилась вниз, а он с воплями погнался следом. Все закончилось тем, что я швырнула ему комок смятых банкнот и убежала. Швед поостыл и отказался давать показания.
Естественно, я, как всегда, всюду и всем не забывала доложить, кто я есть такая.
Томек нащёлкал с дюжину снимков, больше не успел, потому что застал лишь тот момент, как я швыряю свой гонорар шведу в физиономию.
Снимки я рассматривала с бешеным интересом.
Господи, моя причёска, моя одежда, моя сумочка, лицо снято в таком ракурсе, что запросто можно принять эту бабенцию за меня! Не сиди я во время скандала в комиссариате полиции своего района и не беседуй о новой криминальной группировке, о которой собиралась написать материал, заподозрила бы у себя раздвоение личности.
В полиции наверняка решили, что у меня поехала крыша, потому что я дважды звонила им, спрашивая, действительно ли была у них и когда именно.
Фотографии, подкреплённые показаниями представителей власти, меня очень и очень утешили, но после телефонного звонка с «Радио-Зет», куда я не явилась на прямой эфир, что-то во мне сломалось. У врагов имелся даже номер моего телефона, которого не было в справочнике, и эти сволочи раздавали его направо и налево. Мне срочно надо, было отдохнуть, прийти в себя и решить, что делать дальше с этим кошмаром.
Я разделалась со всеми своими редакционными делами и на неделю укатила в Колобжег. Курортный сезон закончился, народ разъехался, и я могла поселиться где только пожелаю.
Отдохнув, я вернулась в Варшаву и выяснила, что меня убили.
Инспектор Бежан и комиссар Гурский пошли мне навстречу и согласились спуститься на три этажа, в мою квартиру. Мариоля попрощалась с нами с сочувственной миной.
Три мужика, копошившиеся в моем доме, оторвались от своего увлекательного занятия. Я отлично знала, что они делают: исследуют всю мою биографию, чтобы найти хоть какой-нибудь мотив для убийства. Я бы охотно им выдала все мотивы, какие только можно, если бы сама знала хоть капельку!
— Учитывая, что я, как вы сами видите, жива и здорова, не могли бы вы быть так любезны и прекратить крушить мою квартиру? — сухо попросила я. — Интересно, кому здесь придётся убираться… Этот кошмарный порошок очень плохо отмывается. А я только что проехала на машине пятьсот километров и пережила сильный шок. Кто-нибудь уже распотрошил мой письменный стол?
По сконфуженным взглядам я поняла, что стол распотрошили.
— Стало быть, у вас уже есть моя метрика, мой диплом, свидетельство о браке, свидетельство о разводе и парочка других бумажек. Кажется, где-то там завалялась и моя медицинская карта школьных времён с фотографией, антропометрические данные помогут вам проверить, я это или нет. И что теперь? Мне умереть, чтобы у вас все сошлось?
— Боже упаси! — вежливо возразил инспектор. — Помимо всего прочего, вы нам гораздо полезнее живая. По-моему, нам надо многое выяснить, давайте начнём с самого простого. Вы знаете какую-нибудь другую Барбару Борковскую?
— Нет.
— Вы когда-нибудь теряли паспорт?
— Нет. Зато я теряла журналистское удостоверение, и мне пришлось потом выправлять новое.
— Вы не знаете, кто жил в этой квартире до вас?
— Знаю. Никто не жил. Это был новый дом, и я въехала в числе первых жильцов.
— Сейчас вы вернулись из какой-то поездки. Откуда?
— Из Колобжега.
— Долго там пробыли?
— Ровно неделю.
— Где вы жили?
— В отеле «Сольны».
— Все время?
— Все время.
— Несомненно, кто-нибудь вас видел…
Из жалости я его перебила:
— Если вы проверяете моё алиби, я вам сразу скажу, что ни на одну ночь у меня его нет.
Ночью я спала одна, без всякой компании; Зато днём мозолила глаза всем подряд: персоналу гостиничного ресторана за завтраком, горничным, дежурному портье, сторожу автостоянки, официанткам в двух рыбных ресторанчиках и одной пожилой даме, на которую постоянно натыкалась, прогуливаясь по пляжу. Не знаю, как её зовут, но мы друг с другом здоровались. Может, меня видел кто-нибудь ещё, но об этом я ничего не знаю, потому что не обращала ни на кого внимания. Как я понимаю, печальное событие произошло в Варшаве, поэтому вам придётся просто проверять, не пропадала ли я с глаз всех перечисленных свидетелей на соответствующий срок. К тому же я не знаю, когда.., впрочем, знаю! Вы сказали, если мне не изменяет память, «позавчера»? То есть двое суток назад. Так.., что я делала двое суток назад? Все то же самое, что и в остальные дни.