Канун трагедии: Сталин и международный кризис. Сентябрь 1939 — июнь 1941 года
- Автор: Чубарьян Александр Оганович
- Год: 2008
- Язык: русский
- Год: М.: Наука, 2008. - 476 с.
- ISBN: 978-5-02-035966-6
- Жанр: История
Электронная книга - «Канун трагедии: Сталин и международный кризис. Сентябрь 1939 — июнь 1941 года». Краткое содержание книги:
Для историков, политологов и более широкого круга читателей.
На ужине, проходившем после завершения переговоров, Риббентроп особо подчеркивал, что теперь после ликвидации Польши Германия и Советский Союз снова становятся непосредственными соседями и открывается перспектива успешного сотрудничества в будущем. Фюрер, заявил немецкий министр, желает, чтобы между обеими странами установились дружеские отношения, «несмотря на существующие различия в обеих системах».
Затем переговоры продолжились, в ходе которых Сталин предложил несколько изменить текст совместного заявления, составленный немецкой стороной. Его смутили слова об «империалистических целях западных держав», и он высказался за то, чтобы выразить это в более замаскированной форме. Сразу же состоялся телефонный разговор Риббентропа с Гитлером и текст был изменен.
Следующая небольшая поправка касалась фразы в немецком проекте о советской экономической поддержке Германии в условиях войны. Теперь, сформулированный советскими представителями, этот пункт звучал так: «Советское правительство исполнено воли всеми средствами повысить товарооборот между Германией и Советским Союзом».
Риббентроп высказался за немецкое посредничество для достижения компромисса между Советским Союзом и Японией. Сталин поддержал эту идею, напомнив при этом, что японцы признают только силу.
В заключение Риббентроп снова вернулся к вопросу об Англии и поинтересовался о намерениях английского правительства. Сталин довольно подробно сообщил о беседах посла Майского с Галифаксом и отметил, что Советский Союз преследует лишь одну цель — «выиграть время и разузнать, что, собственно говоря, Англия задумывает в отношении Советского Союза. Если немецкое правительство получит информацию об этих беседах, то оно не должно об этом беспокоиться. За ними ничего серьезного не скрывается, и советское правительство не собирается вступать в какие-нибудь связи с такими зажравшимися государствами, как Англия, Америка и Франция».
По словам Сталина, советский посланник в Париже Суриц по указанию из Москвы отверг все попытки Даладье в грубой форме выяснить состояние отношений между Советским Союзом и Германией. Цель контактов с Францией, повторил он, состоит в попытке выяснить, чего Франция хочет от Советского Союза. «Во всяком случае, — заключал советский лидер, — ежели Германия услышит из другого источника о беседах между Даладье и Сурицем, то она не должна думать, что между Советским Союзом и Францией что-нибудь происходит».
Акцент на связях СССР с Англией и Францией был весьма примечателен. В Москве опасались малейших осложнений, если в Берлине получили бы информацию о встречах и беседах советских послов в Лондоне и Париже. И в то же время советские лидеры как бы предупреждали о продолжении подобных контактов.
По окончании переговоров были подписаны: Германо-советский договор о дружбе и границе между СССР и Германией, в котором шла речь об установлении новой границы между обеими странами; Доверительный протокол, в котором советская сторона соглашалась не препятствовать немецким гражданам, проживающим на отошедшей к ней территории, переселяться в Германию или в подконтрольные ей районы[217]. Соответствующее обязательство брало на себя и германское правительство относительно лиц украинского или белорусского происхождения. Были также подписаны два новых секретных протокола. По одному из них обе стороны согласились не допускать на своих территориях никакой польской агитации. «Они ликвидируют зародыши подобной агитации на своих территориях и будут информировать друг друга о целесообразных для этого мероприятиях».
Второй протокол касался судьбы Литовского государства, которое включалось в сферу интересов СССР, одновременно Люблинское воеводство и часть Варшавского входили в сферу интересов Германии[218].
Наконец, было принято и упоминавшееся выше совместное заявление советского и германского правительств с учетом поправок советской стороны и ее желания не включать слова об «империалистических целях Англии и Франции».
В итоговом варианте было сказано, что Германия и Советский Союз создали прочный фундамент для длительного мира в Восточной Европе и выражают общее мнение, что ликвидация настоящей войны между Германией, с одной стороны, и Англией и Францией — с другой, отвечала бы интересам всех народов. Поэтому оба правительства направят свои усилия для достижения этой цели. Если, однако, эти усилия останутся безуспешными, то Англия и Франция понесут ответственность за продолжение войны и в этом случае Германия и СССР будут консультироваться друг с другом о необходимых мерах[219].
217
Там же. С. 134–136.
218
Там же.
219
Там же.