Глаза ведьмы [СИ]

И перед очередной машиной Дашка голосовала из упрямства. Вдруг фура?

Машина была не фурой, но размерами оказалась больше легковой. При виде Дашки, усердно махающей рукой, она стала замедляться. Дашка даже удивилась, так и проводила взглядом микроавтобус с затемнёнными задними стёклами, медленно проехавший мимо.

Потом микроавтобус остановился.

Туда и велосипед влезет, подумала Дашка.

Кажется, повезло?

Дверца со стороны пассажира хлопнула, он почти выпрыгнул на дорогу. Дашка слегка повернула фонарик.

Она даже сообразить не успела, как это произошло, как на её руках, свистнув, до боли затянулись пластиковые обручи, велосипед Сашка оттолкнул в траву, как ненужный хлам, а потом ему на помощь пришёл ещё один Служитель, который открыл задние дверцы микроавтобуса. Общими усилиями Дашку подняли и затолкали внутрь, где она невольно села на прикреплённое к стенке сидение. Следом запрыгнул и сел напротив Сашка. Дверца захлопнулась, раздались шаги, водитель вернулся на место и микроавтобус поехал.

Всё это время Дашка не могла оторвать от него глаз. Она смотрела… смотрела, словно околдованная, отмечая каждую черту его лица — и знакомые, и полузабытые. Тень под его глазами, щетину на его щеках и подбородке, короткую стрижку, волосы на висках.

Сашка еле пошевелил губами, его голос не столько говорил, сколько вкрадчиво шептал:

— Ну здравствуй, ведьма.

Это было так нелепо… так глупо. При звуках его голоса Дашка открыла глаза ещё шире. Раньше он был словно тревожащий душу звонкий горн, а сейчас будто треснул. Да и выглядел Сашка неважно. Вернее, одежда на уровне, как же иначе, стрижка аккуратная, а вот лицо посеревшее и уставшее.

Он долго смотрел, покачиваясь, когда машина подпрыгивала на кочках, плечи выпирали, натягивая куртку, а потом спросил таким же чужим тоном:

— Ну что, ведьма, попалась?

В его голосе не было особой радости, только какое-то равнодушие, но разве от этого могло стать легче?

— Пришлось за тобой побегать.

Что Дашка могла ответить? Ничего. Поэтому она с трудом отвела взгляд и откинула голову назад, опираясь на бок машины и жмурясь до белизны и рези в глазах.

Видеть Сашку было мучительно больно. Теперь, когда карты открыты, оба знают, кто они и что… когда притворяться нет смысла.

— Молчать собралась? — Нехорошо ухмыльнулся он.

Дашка боялась, что, если начнёт говорить, потом себя не простит. Боялась, что не сдержится, скажет ему, как сильно любила его тогда, скажет, что и сейчас ничего не изменилось. Что он наверняка не причинит ей вреда, ведь она ни в чём не виновата. Скажет, что несмотря на все россказни о Служителях, верит ему. Скажет, что готова простить ему многое… даже это.

Поэтому Дашка молчала. Разум скептически относился к признаниям. Служители не жалеют.

— Смотри на меня!

Она повернулась. Ещё разок, всего миг… Его лицо вспыхнуло торжествующей улыбкой. Думает, Дашка послушалась приказа? Ей просто самой этого хотелось…