В оккупации. Дневник советского профессора
- Автор: Николаев Лев Петрович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-00180-171-9
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «В оккупации. Дневник советского профессора». Краткое содержание книги:
Дневник, который профессор Николаев вел все эти годы, впервые публикуется в полном объеме. Он содержит массу уникальных подробностей о жизни на захваченной немцами территории, а также оригинальный авторский анализ происходящих событий, оценку советской системы предвоенного и военного времени, характера войны, действий в ней обеих сторон. Не случайно, Юрий Мухин, один из самых авторитетных исследователей военной темы, дает высокую оценку дневникам Николаева в предисловии к книге.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Я глубоко убежден в конечной победе советских войск и английской армии. Коммунизм – это будущность человечества. Все победы немцев – это лишь временные победы. Несмотря на их огромные военные успехи, от них в этом году ожидали еще большего. Если даже советская власть будет принуждена сдать Москву и Ленинград и если наши войска отойдут к Волге, а затем к Уралу, большевики мира не заключат. Напрасно немцы на это надеются. Чем большую территорию занимают немцы, тем они слабее, так как оккупация обширных территорий отнимает от фронта огромные силы. Ведь согласно гениальному плану Сталина все главнейшие советские заводы построены на Урале или к востоку от него. Они находятся вне досягаемости немцев. Совершенно очевидно, что немцы напрягают свои последние силы, между тем как сил у русских еще много, а американцы – те еще и не начали воевать.
29 июля
В связи с приказом немецкого командования, запрещающего гражданам Харькова ходить в деревню для обмена вещей на продукты, цены на базарах очень резко повысились. По-видимому, немцы собираются все выкачать из деревни в Германию и поэтому они создают искусственный голод в городах.
30 июля
По-видимому, Гестапо интересуется мною. Сегодня у моей жены был разговор с неким доктором Ворониным (он требует, чтобы его именовали «профессором»). Этот Воронин почти наверняка связан с Гестапо. Он был недавно в Берлине и вернулся оттуда позже меня. Он заявил моей жене, что он беседовал в Берлине с доктором Фастом, помощником доктора Вегнера, и что Фаст будто бы сказал ему, что я большевик и занимался в русском лагере большевистской пропагандой. Будто бы Фаст спрашивал у Воронина, коммунист ли я, и будто бы Фаст жаловался на то, что я оскорбил его, причем на него стучал и т. д. Наконец Воронин заявил моей жене, что он обязательно хочет поговорить со мной лично. Все это пахнет провокацией, и я решил с Ворониным не встречаться. Я убежден, что он подослан ко мне немецкой тайной полицией.
Как хочется умереть! У меня имеется хлороформ. Авось засну и больше не проснусь. Жизнь при немцах без всяких перспектив. Она унизительна. Она ужасна. А советские войска сейчас так далеко от Харькова, что было бы бессмысленно рассчитывать на их быстрое возвращение… Это произойдет, но не скоро. А пока…
К сожалению, я сделал эту глупость и попробовал нюхать хлороформ. Я действительно быстро заснул, но проснулся через некоторое время с сильной головной болью и тошнотой. Хлороформ был нечистым, и мне было очень плохо с сердцем. Увы, этот опыт не увенчался желанной смертью.
31 июля
Мы ужасно питаемся. Денег нет. Я испытываю вечно голод, особенно качественный. Мы никогда не едим ни мяса, ни сахара. Питаемся овощами и черным хлебом такого скверного качества, что мы все страдаем поносом.
2 августа
Мой сын рассказал мне сегодня следующее. Немцы и особенно украинские полицейские зверски бьют военнопленных. Мой сын присутствовал, например, при следующей сценке: полицейскому понравилась обувь одного военнопленного. Он подходит к пленному и приказывает снять ее. Пленный исполняет приказ недостаточно быстро. Тогда полицейский бьет его кулаком по лицу… Немцы не терпят украинских полицейских и часто бьют их. Конечно, украинцы сносят безропотно эти побои. Ведь их бьют их хозяева, их «освободители».
Впрочем, недавно Олег тоже двинул по морде одного полицейского. Вообще, я против мордобития, но в данном случае я никак не мог осудить моего сына, и будь я в его положении и на двадцать лет помоложе, я бы поступил таким же точно образом. Олег возвращался домой в 9 часов вечера. Вдруг на углу Лермонтовской (т. е. совсем близко от своего дома) он слышит окрик:
– Стой!
Из темноты выходит щупленький украинский полицейский с винтовкой и говорит:
– Предъявляй пропуск или давай 300 рублей. А то отведу в комендатуру, там дороже заплатишь.
У Олега с собой пропуска не было. Денег тоже. Он размахнулся и со всей силы дал по морде «представителю порядка». Тот грохнулся на землю. Затем вскочил, бросил винтовку и побежал куда глаза глядят. Олег поднял винтовку, поставил ее к забору и быстрым шагом дошел до нашего дома.