Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Наклонившись над пнем, я явственно расслышала обрывки разговора бородатого и лежащего. Шепотом общаться они никак не могли, учитывая царящий на пляже шум. Еще бы, по одну сторону от них играли в мяч, по другую разрывался магнитофон, а все покрывал оглушительный детский визг. Опять же, шептаться они не решились — общались, делая вид, что незнакомы. Бородач внимательно глядел в море, тот, под платком, вообще не шевелился, загорал себе. О том, что они разговаривали, можно было узнать, лишь вплотную приблизившись к ним.

— ..а если выживет? — поинтересовался бородач. Из-под платка послышался ответ:

— Сдохнет от нанесенных травм. А теперь отваливай.

Бородач послушно встал и побежал дальше, все так же перепрыгивая через тела пляжующихся. Меня, похоже, не заметил, даже не глянул в мою сторону, ну да я старалась не привлекать к себе внимания. Осторожно прихватив сандалию, я не торопясь поднялась на самый верх дюны и только там обернулась. Бородатого уже не было видно, а лежащий сидел, вытирая лицо платком, так что разглядеть его не было возможности. Видимо, платок играл немаловажную роль.

Злая как сто чертей, все ещё мечтающая окунуться в прохладное море в недалекой Лесничувке, я тем не менее села не в машину, а на скамейку недалеко от стоянки. Мне просто жизненно необходимо было понять, что же такое меня беспокоило из только вот происшедшего. Закрыв глаза, чтобы не отвлекаться ничем, я принялась фрагмент за фрагментом вспоминать сцену на пляже.

Понадобилось несколько минут, чтобы понять, что же показалось мне странным. Бородач мчался по песку, перепрыгивая через тела лежащих... Мчался, мчался... И перепрыгивал.., и делал это с легкостью восемнадцатилетнего юноши, можно сказать, юность мчалась и прыгала вместе с ним. И когда приблизился, когда я смогла увидеть его лицо, оказалось, человеку не меньше сорока. Тоже не старость, но ведь и юным его не назовешь! Вот этот контраст и не давал мне покоя. Поняв, в чем дело, я открыла глаза и подняла голову.

По тропинке, ведущей через дюны к стоянке, шел тот человек, с которым разговаривал бородатый. Теперь на этом человеке были брюки и рубашка, а также темные очки на лице, но я его сразу узнала. Узнала по платку, который мужчина нес в руке, ибо размеры не позволяли затолкать его в карман. Платок я опознала по расцветке. Колористика всегда была моей сильной стороной, можно сказать, моим специфическим хобби, цвета я распознавала безошибочно вплоть до малейших оттенков и сразу запоминала. Видимо, ещё там, на пляже, не отдавая себе отчета в этом, подсознательно отметила очень приятную расцветку платка: по бежевому полю деликатные, ненавязчивые акценты цвета киновари. Платок разительно выделялся на общем пляжном фоне с его кричащими расцветками, безвкусной пестротой: агрессивными красными полыханиями или ядовитой зеленью, ненормальной желтизной и убийственно мертвенными синими или фиолетовыми тонами, от которых просто болели зубы. Спокойная и вместе с тем эффектная раскраска платка изливала бальзам на душу.