Все грехи мира. Книга III

До некоторой степени сбивают с толку детали, которые не соответствуют традиционной для «Убийцы топором» манере криминального действия – использование огнестрельного оружия и довольно очевидный сексуальный интерес к Дэйзи Верман. Но тут следует иметь в виду то, что огнестрельное оружие использовалось «Убийцей топором» и в некоторых иных эпизодах. Кроме того, стрельба из револьвера могла явиться для преступника вынужденной мерой – в том случае, если он увидел, что Дэйзи Верман вооружена и готова применить оружие. Тут уж ему было не до выбора оптимального способа умерщвления!

Интерес же к лицам противоположного пола также можно видеть в некоторых других эпизодах [например, в нападении на семью Хилл 9 июня 1911 г.]. При этом мы не можем отрицать того, что в других эпизодах сексуальный компонент отсутствует напрочь [хороший тому пример – убийство супругов Кобл, в котором преступник не выказал ни малейшего интереса к молодой Нетти].

Вполне возможно, что упомянутый компонент являлся сугубо ситуационным, то есть, когда среди жертв попадался сексуально интересный для убийцы объект, тот демонстрировал свой специфический интерес, но если такого объекта не оказывалось, то «Убийца топором» от своего замысла всё равно не отступал и убивал всех, кого встречал. Если это соображение справедливо, то мы можем сделать кое-какие выводы об иерархии предпочтений убийцы – для него безусловно приоритетной являлась возможность жестоко убить и изуродовать жертву, а возможность раздеть и каким-то образом удовлетворить свою сексуальную потребность являлась глубоко вторичной опцией [необязательной при принятии решения о нападении].

Есть ещё одно соображение, способное объяснить демонстрацию сексуального интереса к жертве в одних эпизодах и отсутствие такового в других. Соображение это довольно специфично и не очевидно, но по мнению автора представляется довольно правдоподобным и его следует сейчас высказать. Речь идёт о возможном хроническом венерическом заболевании убийцы. Когда болезнь обостряется, то эякуляция становится крайне болезненной и преступнику становится уже не до сексуальной активности. При этом потребность убивать остаётся – венерическое заболевание никак на неё не влияет. Когда же у преступника наступает ремиссия, то половая функция более или менее восстанавливается, по крайней мере убийца может заниматься самоудовлетворением без боли в половом органе или крайнего неудобства.