Стена между нами

— Верю-верю, впрочем, это не моё дело. Просто… со стороны иногда виднее, а вы с ним так и тянетесь друг к другу. Не упусти свой шанс.

— А ты? Каковы твои шансы? Госпожа Грейнн, она нравится тебе? Или ты просто смирился?

— Вот еще! — Брейди передергивает плечами. — Я всё равно мужчина, хоть и человек, решать буду я, а не какая-то девчонка, будь она хоть сто раз байниан и тысячу раз красавица.

Я старательно прячу улыбку и отвожу глаза. Всё же в некоторых вопросах споры бесполезны: за ниточки чувств испокон веков дёргаем именно мы, женщины.

— Тихо вы, смотрите, начинается! — шипит на нас Несса.

Толпа на противоположном конце площади шевелится и расступается, пропуская мерно шагающих людей в сером. Сердце моё срывается вскачь — киссаэры. Всматриваюсь в лица и едва не смеюсь от облегчения: людей возглавляет Риан. Значит, мы всё же увидимся и поговорим! Боги, наверное, жрец — единственный человек, с которым я могу быть по-настоящему откровенна.

Тем временем на площади появляются и другие действующие лица: ардере. Возглавляет их лхасси Айоней, но в его свите неожиданно оказываются многие обычные драконы: Дорнан, Грейнн, даже Кеган. Никто из них не смотрит в нашу сторону, и мне немного жаль, что я не могу сказать Дорнану: «Я выполнила вашу просьбу, пришла, как вы и хотели». Алти-ардере смотрит только на гостей, слегка кланяется в знак приветствия, затем произносит короткую торжественную речь. Сехеди дает знак к началу ритуала.

Несса хватает мою руку, говорит взволнованно:

— Я слышала, что киссаэры еще несколько дней назад прибыли морем к тем пристаням, где мы впервые ступили на северные земли. Для жрецов людей не открыли портал за Стену, представляешь? Избранным открыли, а им нет. Мы для ардере гораздо важнее, чем киссаэры.

— Ещё бы, — иронично хмыкает Брейди. — Впрочем, не мне их осуждать. Это их земля и их правила.

Люди и драконы занимают отведенные им места. Похоже, все присутствующие отлично знают, что им следует делать. На камнях ритуальной площади нарисованы специальные руны. Киссаэры безмолвно выстраиваются полукругом, каждый становится в центр руны, затем Риан медленно опускается на землю, касается ее коленями и ладонями, я вижу, как губы жреца беззвучно шевелятся, но слова молитвы на таком расстоянии не разобрать.

Напротив Риана замирает Дорнан. Его лицо сосредоточено, взгляд направлен в глубь собственных мыслей, словно алти-ардере не замечает происходящего вокруг.

А потом сехеди поднимает руку, призывая зрителей к молчанию и начинает петь. Звучный голос его постепенно накрывает всю площадь, заглушая остальные звуки. Низкие вибрирующие ноты проникают в каждый уголок. Слов я не могу разобрать, но от силы, вложенной в песню, у меня по коже бегут мурашки. Переглядываюсь с Нессой — на её лице растерянность и благоговение, видимо, ей тоже не по себе от мощного потока магии, что струится вокруг.

Айоней закрывает глаза и начинает мерно раскачиваться из стороны в сторону, прочие ардере стоят к нему спиной и не могут видеть движения, но повторяют его в точности до секунды. Постепенно в мелодию вплетается еще один голос — сильнее и звонче, но такой же всепроникающий. С удивлением понимаю, что это Дорнан. Глаза алти-ардере закрыты, мощную фигуру начинает охватывать бледное мерцание.