Стена между нами

— Аерин из избранных, как и вы, четыре года назад из-за Стены пришла. Только вот с мужем не ладится у них. Она свою часть договора выполнила, сына ему подарила, и потребовала отпустить её. А он…

— Что?

— Оскорбился. Не хочет. Всю душу ей уже вынул, грозит, что больше ребенка она не увидит, вчера скандалили так, что на улице слышно было. Гордый он, скорый на слова и поступки, говорит, что она счастья своего не ценит. Оно с одной стороны и понятно, за ним и воинская слава, и древность рода, но сердцу ведь не прикажешь, верно?

— То есть как? Нельзя же… — растерянно перевожу взгляд на Аерин. — Любовь любовью, но есть закон!

— Так по закону ей еще год в его доме оставаться.

— И он может отнять у неё сына?

— А про то не написано нигде, — Ита и сама расстроенно шмыгает носом. — Ребенок — несущий пламя, ардере, рано или поздно ему станет тесно с матерью. Человек не сможет подарить дракону небо, как ни крути.

Аерин, расслышав слова Иты, зарыдала еще сильнее.

— Но ведь что-то же можно сделать? Обратиться к лхасси? Пусть расторгнут брак.

— Эх, госпожа, — вздыхает девушка. — Не станут они, их магия связывает. Договор этот, чтоб его через забор да и в печку! — добавляет она с внезапной злостью. — Думаете, Аерин первая такая? Конечно, напыщенных дуболомов, как её муж Дарак, не часто встретишь, те, кому под одной крышей тесно, обычно стараются решить дело миром. Одни расходятся и живут разными домами, другие пытаются найти общий язык, иногда даже выходит, хоть и непросто это. Но ведь бывает, что найдет коса на камень, и вот… — она печально кивает головой в сторону кухни.

— И никто не заступится за неё?

— Муж Марты обещал поговорить с Дараком, да не думаю, что это поможет. Только ждать и остаётся, а через год подавать прошение владыке или сехеди, и, если она не окажется в тягости, то брак расторгнут. Ничего. Год — не сто. Аерин молодая, у неё еще будет и семья, и дети, вот только думаю, что второй раз за ардере она не пойдет и под страхом смерти.

Ита вытирает глаза краем белого передника, встряхивается, одергивает платье:

— Вы, может, позже зайдете, госпожа? Праздник сегодня, а мы о дурном. То есть о жизни, конечно, но как-то грустно слишком.

Киваю, обещаю, что загляну еще раз на днях, а у самой на сердце кошки скребутся. Бессмысленно брожу по улицам, уговаривая себя не судить поспешно. Жизнь, как верно заметила Ита, не всегда радостна и проста, а непонимание в семье может случиться и без драконов. Вот только тем, кто не связан магией, проще, у них есть выбор, а у Аерин, Марты или у меня самой — почти что нет.

Добраться до лавки старьевщика сложности не составляет. Оглядываюсь на всякий случай, но не замечаю ничего необычного: я не настолько важная персона, чтобы за мной следили стражи или уличные бездельники. Впрочем, хозяин, похоже, сразу понимает, кто перед ним, и без лишних вопросов проводит в заднюю комнату. Время тянется невозможно медленно. С одной стороны, я понимаю, что Риан не может просто так развернуться и уйти от драконов, сославшись на более важные дела, с другой — длительное ожидание заставляет меня волноваться и суетиться без видимой причины. Видел бы меня сейчас Айоней — то-то бы порадовался своей догадливости!