Срочно ищу маму!

Долго смеяться у меня не получилось, потому как из квартиры Антона все еще раздавался надрывный крик ребенка. Мне просто интересно, это к нему пришли гости с ребенком или у меня соседи сменились?

Поймав себя на этой мысли, даже замерла с шортами в руках. А если и правда?! Сердце екнуло, в горле встал противный вязкий ком страха, по спине побежали мурашки.

— Да ну, бред! — тряхнула головой, выбрасывая из нее эту жуткую мысль. — Вот сейчас пойду и все узнаю!

Натянув любимую футболку, уже увереннее направилась к соседушке.

Я была готова ко многим вариантам, но никак не к тому, что дверь мне откроет Антошка с маленьким ребенком на руках. Судя по ошалевшему виду Тошика и мокрым щечкам малыша, эти двое в квартире были одни. И мой обаятельный, всегда уверенный в себе Антон явно не справлялся.

Мозг буксовал, мысли вязли в чувстве невероятной нежности, что затопила меня, стоило только посмотреть в несчастные глаза карапуза.

Пока в голове мелькали разные несвязные образы, я уже успела «увести» маленького красавчика из рук встрепанного Антона. А стоило взять ребенка, как стала ясна причина такого концерта. Ну, в общем-то, переполненный горшок вместо сухих трусов меня бы тоже довел до истерики.

Ведомая сложившимися привычками, отправилась с малышом в гостиную, тонко намекнув Антону, что ему, собственно, не помешало бы освежиться. А зайдя в комнату, в которой мы провели немало часов за работой или просмотром телевизора, обомлела.

Окинув взглядом непривычно яркое пространство, с любопытством покосилась на бутуза.

— Красавчик, а скажи-ка мне, тебя в какой капусте нашли? — ребенок так сосредоточенно пыхтел, что я не выдержала и состроила ему моську. — Да ладно, можешь не отвечать, я у старшенького спрошу. Судя по комнате, ты тут надолго.

Осмотрев еще раз бывшую гостиную, присвистнула. Нет, я, конечно, понимаю, что убрать телевизор, перетащить рабочий стол и большой диван — не такая уж и проблема, было бы куда все это убирать. Но вот детская кроватка, мягкий коврик с голубыми облаками, комод с пеленальным столиком, невероятная куча игрушек и небольшой шкаф — наталкивали на мысль, что мое шутливое обращение к Антону не так уж и далеко от истины. Эта мысль привела за собой другую, буквально за руку притащила — если Тошик у нас таки папа, то где-то ведь есть и мама…

Отогнав от себя унылые мыслишки вроде: «Вот и конец твоей сказке»,

«Так и знала, что долго и счастливо — не про меня», «Скотина, мог бы и написать чертову смс», «А, может, стоит скинуть эту мамку, совершенно случайно, с балкона и сказать, что она сама?!», тяжело вздохнув, понесла малыша к месту для переодевания. Кто там у него папа, а кто мама — эту правду узнаю от Антона чуть позже, а ребенку уже сейчас нужен сухой памперс. Молчит он исключительно потому, что я новое для него лицо.