Срочно ищу маму!

— Угу, и каждая эта новость, я так понимаю, сопровождалась их репликами из разряда «Ой, Аленка, извини, тебе, наверное, неприятно это слышать?!», — Димка тяжело вздохнул и разлил чай по кружкам.

Мы как-то незаметно оказались на кухне, не прекращая говорить, и вот я сейчас накрывала на стол, а брат грел свой ужин и наливал нам чай. В принципе, его последние слова ответа не требовали. Да, все так и было, и он, зная моих подруг с сопливого детства, абсолютно точно угадал ход нашего разговора. Поэтому я лишь пожала плечами, и под его пристальным взглядом начала доставать все четыре ведра мороженого.

— Дуры. Сама это знаешь, — Дима подошел ко мне и обнял со спины, пряча в своих медвежьих объятиях от всего мира. — И ты вспомнила Гошу?

— Да нафиг мне его вспоминать, придурка этого. Просто так обидно, Дим, мы дружили, обсуждали всю жизнь все важные события, что происходили с нами, я больше всех радовалась за Наташку и поддерживала ее. И ведь все было хорошо, хотя я и тогда знала, что, вероятнее всего, сама не смогу стать мамой, но вот об этом узнали девчонки и все изменилось. Им как будто стыдно радоваться за себя при мне. Вот почему так?

— Лека, ты знаешь, я твоих девок считаю недалекими курицами. Ну разве что Элька, эта разумная баба, но Наташка с Каринкой — слишком зациклены на себе. И всегда были! Не обращай внимания. И потом, ты же знаешь, что при большом желании можно сделать операцию и шансы на счастливую беременность увеличатся…

— Или нет. Ты же слышал, что говорил Пал Олегович про рубец, утерянную пластичность и бла-бла-бла… шансы пятьдесят на пятьдесят. Да я как-то уже смирилась с мыслью, что, скорее всего, единственные дети, которые будут в моей жизни, это горячо любимые племянники, которых ты и мелкие заделаете и, возможно, я когда-нибудь решусь на усыновление. Если найду-таки понимающего мужчину!

— Эх, Лека, ты просто запомни: нужен не понимающий мужчина, а просто нормальный парень. Нормальный, ясно тебе? А не такое ссыкло, как твой Гоша был. Когда тебя полюбят, то полюбят всю, вместе со всеми твоими тараканами, достоинствами, гадким характером, длинным языком, а еще невероятным запасом терпения, любви и нежности. Систр, поверь, для того, кто за твоими колючками сможет разглядеть большое сердце, которое ты прячешь ото всех и каждого, последствия неудачной операции не будут непреодолимой проблемой.

Чмокнув меня в макушку, Димка жестом показал, что пора садиться за стол. Сопли соплями, но голодный брат — это вам не шуточки. Поэтому я молча переваривала услышанное, а он с удовольствием утолял свой голод. И только когда брат потянулся к мороженкам, он возобновил разговор.

— Как у вас дела с молодым?

Я даже не сразу поняла, о чем речь, так как мысли все еще крутились вокруг слов брата, а когда вспомнила, кого он называет «молодым», и вовсе приуныла. Черт, я скучаю!