Срочно ищу маму!

И именно так мы и провели этот вечер, Димка мне отомстил, сурово и беспощадно пачкая холодными кусочками мороженки мой живот, и майку, и шею, и ноги. В общем, чистыми остались только шорты, и то непонятно, каким чудом. Он, кстати, тоже не ушел от дополнительной пары порций остужающих «примочек». Потом мы по очереди приняли душ, и упав на диван, проболтали до глубокой ночи. Говорили обо всем, и про мои чувства, и про его работу. Обсуждали его личную жизнь и планы. Димка в обозримом будущем рассчитывал добиться места в команде специалистов, которых посылают в длительные командировки. Из таких поездок, как правило, не возвращаются. Одна командировка перетекает в другую, та в третью, и так до тех пор, пока человек не оседает в одном из крупных офисов их фирмы. А что, нефтегазовая компания — это не шуточки. Не «Газпром», конечно, но тоже весьма известная контора. Брат туда попал совершенно случайно. Море везения, вагон наглости, чуточку обаяния, и вот, он в двадцать три года попал на преддипломную практику в эту фирму, а после смог там устроиться на работу на самую «маленькую» должность. И таки с упорством локомотива строил свою карьеру. Я думала, он хочет там укрепить свои позиции, а оказывается, мой братка задумал нечто иное. Ну, дай бог, как говорится!

Отпускать меня домой Димка не хотел, но ему нужно было рано вставать, а я хотела нормально выспаться. Поэтому, не слушая ворчания старшенького, вызвала себе такси и в первом часу ночи рванула домой. К Антону заходить не стала, во-первых, я устала, а во-вторых, если Тошик дома, то он уже по-любому спит. Лучше уж попробую его поймать завтра. С этими мыслями я скинула трофейную футболку брата, в этот раз черную, с кровавыми отпечатками ладоней, которую с боем отняла у Димки вместо испачканной им моей родной радужно-желтой маечки с зайчиком, и рухнула в кровать.

Уснула быстро, спала крепко, а утром проснулась из-за странного шума. Сначала я не поняла, что меня беспокоит, но, когда выползла к кухонному островку, чтобы попить воды, замерла с недонесенным до губ стаканом. Шум, который не давал мне покоя, оказался детским плачем. Ребенок истошно кричал, срывая голос, и никак не успокаивался. И эти звуки раздавались из квартиры Антона.

Это что-то новенькое!