Смещение

— Ну… — протянул детектив. — Бумаги известного в прошлом физика. Доктор Эверетт работал на Пентагон. Знал много секретов. По его формулам составляли стратегию атомной войны с русскими. Это можно продать за большие деньги.

— Продать? — удивился адвокат. — Миссис Чарлз? Вы не знаете эту женщину! Хорошо. Продать. Документ, о котором всем известно. Документ, о пропаже которого непременно тоже узнают все. Кто его купит?

— Вопрос не в этом, — перебил Эверетт, сидевший, положив ногу на ногу, скрестив руки на груди и демонстративно не глядя на детектива, о котором у него сложилось мнение определенное и неблагожелательное. — Поскольку отец работал на Пентагон, заинтересоваться документом должны были в первую очередь ЦРУ, АНБ и ФБР. Между тем, делом занимается полиция. Не странно ли?

— Гхм… — пробормотал Кодинари. — Я тоже об этом думал.

— Дик, — повернулся к адвокату Эверетт, — зачем им похищать документ, пряча следы до полной неразличимости, если агенту Бюро достаточно было прийти в офис, предъявить полномочия, и вы передали бы ему все бумаги, да еще и подписали бы требование о неразглашении? К Шеффилду это относится в равной мере.

— Именно так, — подтвердил детектив.

— И что из этого следует? — потирая пальцами виски, спросил адвокат.

— Никого из них документы не заинтересовали, — сказал Эверетт. — Они знали, что ничего секретного в них нет.

— Откуда они могли это знать? — с вызовом спросил Кодинари.

— Дик, — Эверетт придвинул свой стул к стулу адвоката, — отец так или иначе находился под наблюдением. Могло быть так… Отец оставляет у Шеффилда пакет. Вскоре после его ухода в офис являются люди из Бюро, а может, из разведки. Предъявляют полномочия и требуют показать пакет. Вскрывают… Или забирают на экспертизу. Возвращают, и Шеффилд вторично прячет документ в сейф, на этот раз — на полвека. В Бюро хорошие эксперты. Они видят, что содержание документа не имеет никакого отношения к секретным работам, а квантовая физика их не интересует. Логично?

— Логично, — вместо Кодинари ответил детектив. — Предполагаю, что так и было — с большой вероятностью.

Адвокат покачал головой.

— Так или не так, — решительно произнес Эверетт, — но документ исчез, следов нет, секретные службы ни при чем, миссис Чарлз вне подозрений. И что?

— Я надеялся, — вздохнул детектив, — получить информацию у вас. Сейчас эксперты работают с записями камер наблюдения.

— Не подделаны ли они? — с интересом спросил Эверетт.

— Да. Как мне сказали, обнаружить подделку легче, чем совершить, так что будем ждать результата.

— Если грабители такие мастера, — с горечью произнес адвокат, — значит, у них были ключи. И они знали отпирающий код — без него ключи бесполезны.

— Безусловно, — подтвердил детектив.

— А код знаем только мы двое: я и миссис Чарлз.

— Миссис Чарлз, — сообщил детектив, — я вызвал на двенадцать часов.