Тайный дневник Михаила Булгакова
- Автор: АНОНИМYС
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: «СОЮЗ АНОНИМYС»
- ISBN: 978-5-6046711-8-4
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Тайный дневник Михаила Булгакова». Краткое содержание книги:
Тем временем Орест Волин получает новости о том, что зашифрованные дневники надворного советника Загорского, которые он обнаружил в ходе предыдущего дела, на самом деле – ранее не публиковавшийся дневник Михаила Булгакова, описывающий события 1918–1921 годов… И как это связано с убийством в Музее Булгакова?
Читайте продолжение проекта АНОНИМYС и стройте собственные догадки, кто скрывается за псевдонимом.
Разумеется, Зоя Пельц не могла этого сделать, в этом я был совершенно уверен. Тут, наконец, следует признаться, что я знал Зою очень хорошо, о чем почти никто не догадывался. Замечу сразу, что речь не идет о каких-то интимных вещах. Но многие, полагаю, ужасно удивились, если бы узнали, что ваш покорный слуга ни много ни мало – гражданский муж Зои Денисовны.
Вышло это, как легко догадаться, совершенно случайно. Мужем и женой мы стали, когда меня, совершенно беспомощного после ранения, Ганцзалин вез из Самары в Москву. Его остановил военный патруль, меня осмотрели и решили, что рана моя получена в борьбе против рабочего класса и меня необходимо немедленно шлепнуть.
Ганцзалин оскалился, как волк, и собрался героически погибнуть за хозяина. И он бы погиб, в этом нет никаких сомнений, попутно забрав с собой на тот свет кучу врагов. К счастью, случилось чудо. Ехавшая в соседнем купе молодая женщина не побоялась за нас вступиться. Наверняка вы уже поняли, что женщиной этой оказалась Зоя Денисовна Пельц. Она решительно заявила патрулю, что я вовсе не борец с рабочим классом, а ее муж, и она везет меня лечиться в Москву. А рана моя получена на охоте, притом я сам даже не охотился, а просто случайно оказался, где не следовало бы.
Зоя, обладающая не только добротой и красотой, но и сильной волей, так бушевала, что озадаченный патруль отступился от нас, и мы оба остались живы – и я, и Ганцзалин. Более того, именно Зоя, дав взятки, кому нужно, устроила Ганцзалина истопником, благодаря чему мы обрели крышу над головой. Одним словом, хотя общались мы редко, я любил Зою просто по-человечески, не говоря уже о том, что был ей кругом обязан.
Именно поэтому я пребывал сейчас в столь мрачном настроении и думал так сосредоточенно. – А граф не мог убить? – осторожно спросил Ганцзалин.
Эта версия, на мой взгляд, выглядела совершенно неправдоподобной. Дело в том, что Обольянинов болен, воля его подавлена, и он решительно не способен на убийство. Даже если по каким-то причинам, например, из-за денег или из ревности граф попытался бы убить Гуся, он не смог бы сделать это чисто физически… Не говоря уже о том, что ничто, абсолютно ничто не выдает в нем хладнокровного убийцу.
– Трудно, – сказал Ганцзалин неожиданно печально. – Зоя не убивала, граф не убивал. Значит, мог кто угодно, народу было много.
И ни к селу ни к городу добавил в своем излюбленном духе.
– Без окон без дверей полна горница людей.
Это правда, народу в салоне Пельц на самом деле было предостаточно. Однако я не думаю, что имело место случайное преступление. Наверняка у убийцы были свои мотивы. И если так, то большинство подозреваемых можно отсечь сразу и рассматривать лишь оставшихся. Впрочем, это дедукция, а я, как известно, больше доверяю индукции. И потому намерен рассматривать не то, что останется после исключения всех неподходящих вариантов, а то, что представляется самым вероятным.
Любопытно, что после Конан Дойла дедукция стала страшно популярной и о ней знают даже люди, вовсе не способные мыслить. А вот о том, что такое индукция, представление даже у сознательных пролетариев самое смутное, строго говоря – вообще нет никакого представления.
Индуктивное мышление детектива схоже с мышлением шахматиста. В каждой конкретной позиции у игрока может быть множество ходов, иной раз их число достигает нескольких десятков. Если шахматист будет пользоваться дедуктивным методом, то есть рассматривать все возможные ходы и по мере рассмотрения отбрасывать те, которые ему покажутся плохими, он за всю жизнь не сыграет и одной партии. Поэтому в реальности шахматист старается сразу найти лучшие ходы, а не перебирать все возможные. Как же он ищет эти лучшие? Игрок оценивает текущее положение, пользуясь так называемыми позиционными факторами. Он, например, знает, что центр лучше занимать пешками или фигурами, а если центр уже захватил противник, нужно этот центр атаковать, что конь в центре доски стоит хорошо, а на краю плохо, что для слонов и ладей нужны открытые линии, что у короля должно быть надежное убежище – и так далее. Учитывая все эти факторы, шахматист вырабатывает план, после чего делает именно тот ход, который его плану соответствует лучше всего.
Тут надо бы сказать еще об одной вещи, которая не менее важна, чем оценка позиции. У сильного игрока и у опытного детектива важную роль играет интуиция. Например, шахматный маэстро только увидел позицию, которую разыгрывают его коллеги, и сразу, не думая, понимает, какой ход здесь лучший. При этом он не успел учесть все факторы, он даже не сосчитал количество фигур и пешек у обеих сторон или, как говорят шахматисты, соотношение материала. Маэстро, может быть, даже не понял еще, чья позиция лучше, но уже видит сильнейший ход. Как это возможно, скажете вы? Ответ простой – интуиция.