Невольница: его добыча [Книга 1]

Что она сделает теперь? Накажет? Доложит Лариссу? Только не Лариссу, иначе всему конец.

Вирея казалась какой-то потухшей, будто постаревшей.

— Не поможет, — сказала не с укором — с сожалением, и кивнула на зажатую в руке салфетку.

Пытается солгать?

— Почему?

— Высокородные не чувствительны к этому яду. Кого бы ты ни собралась травить.

Вся воинственная решимость куда-то пропала, и я почувствовала себя такой ничтожной и слабой перед этой женщиной с печальными глазами, что едва не расплакалась. Я комкала в кулаке салфетку, отказываясь верить. Я надеялась на эти цветы, как на единственное спасение, крайнюю меру. Я надеялась на эту смерть и верила, что даже Лариссу не под силу отнять ее у меня. А он просто знал…

Я сжала пальцы до ломоты, до боли, и по щекам покатились непрошеные слезы:

— Скажите, что вы солгали, госпожа. Прошу.

Она покачала головой:

— Мне жаль, но нет. Если бы бондисан был опасен для тебя, поверь, Ларисс не дал бы тебе сделать даже шага в сады. Бондисан не убьет тебя. Ни тебя, ни твоего ребенка.

Я промолчала. До нее, конечно, дошли слухи, и совсем не важно, как именно она их поняла.

Вирея окинула меня спокойным взглядом, в котором отражалось даже не любопытство — понимание:

— Вижу, твои раны зажили, — снова тихое сожаление, которое обезоруживало.

Я опустила голову:

— Да, госпожа.

Вирея отвернулась, будто хотела скрыть эмоции:

— С тех пор, как ты появилась, он ни разу не пришел ко мне. Мы виделись всего один раз за ужином. Мы просто ели.

Мне было все равно. Я не отбирала ее мужа по собственному желанию, я такая же жертва, как и она. А Вирея только что отобрала у меня смерть.

— Мне жаль, госпожа.

Мне было плевать на все, что она скажет. У меня оставалось лишь пять дней. И полнейшее отчаянное бессилие.

Вирея жестом подозвала свою рабыню, стоящую в отдалении, и шепнула ей, кивнув в сторону все еще обдирающей листья Олы:

— Уведи девочку, заболтай, чтобы она не видела нас.

Та кивнула и направилась к вальдорке.

 Вирея бегло осмотрелась, потянула меня за пышный куст и торопливо зашагала по засыпанной розовым кварцем дорожке. Мы в молчании вышли к большому фонтану, в центре которого мраморный дракон с приятным плеском извергал из пасти мощную струю воды. Я не видела его раньше.