Детектив и политика. Выпуск 3, 1989
- Автор: Лем Станіслав, Саймон Роджер
- Год: 1989
- Язык: русский
- Год: Издательство Агентства печати Новости
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Детектив и политика. Выпуск 3, 1989». Краткое содержание книги:
Мы поднялись на вершину холма. Там было небольшое еврейское поселение, обнесенное колючей проволокой, вход в которое охранял израильский солдат. Дети побежали мимо солдата на детскую площадку, а мы с Горди пошли дальше, к древней могиле. Могила представляла собой несколько старых камней и полуразрушенную стену.
Горди сразу же принялся молиться. По щекам его потекли слезы, словно смерть библейского патриарха была для него недавней потерей близкого человека. Слезы его вдруг иссякли, и он повернулся ко мне с детской улыбкой.
— Значит, Рашель просила тебя передать мне послание?
— Что-то вроде. — Я смотрел на него, поражаясь, как человек с таким нежным лицом и детским взглядом мог заложить бомбу в машину Джозефа Дамура. — Она беспокоится о тебе.
— Моя бедная сестра всегда беспокоится. Когда мы были детьми, она нервничала всякий раз, когда я уходил играть в мяч.
— А я слышал, что ты достаточно крепкий парень.
— Был. — Он засмеялся. — Я больше не хочу заниматься ничем подобным.
— Рад слышать, потому что твоя сестра переживает как раз из-за того, что кое-кто считает тебя виновным в убийстве Джозефа Дамура.
— Кого? — Он сорвал цветок и понюхал его.
— Джозефа Дамура, президента Арабо-американского общества дружбы… Его убили месяца два тому назад. В тот самый день, когда ты улетел в Израиль… Неужели ты никогда не слышал о нем?
— Может быть, и слышал, — ответил он совершенно спокойным голосом.
Тут прибежали дети и снова стали кружить около Горди, распевая что-то на иврите.
— Что они поют? — спросил я.
— Глупости. Стыдно говорить. Ты не знаешь иврита?
— Нет.
— Мы поем о сыне Иессея, — сказал один из мальчуганов по-английски.
— А ну пошли отсюда, — заорал Горди, и дети с криками понеслись вниз по склону.
— Это ведь похвала, они считают тебя царем Давидом.
— Не только. Еще и мессией. Я не знаю, откуда они это взяли. Да и не только они, а и другие тоже. Представляешь, они думают, что я мессия? Я? Который не смог сдать экзамены в лос-анджелесской школе механиков.
— Не понимаю, при чем здесь школа механиков?
— Дети всегда спешат. Как я могу быть мессией? Я ведь не творю чудес.
— А мессия должен творить чудеса?
— Он должен обладать кое-какими способностями. — Горди нахмурился. — От него не требуются чудеса Иисуса, ходившего по водам и насыщавшего голодных. Это все дурное использование каббалы, от которого толку мало. И мои видения тоже бесполезны для людей. Мессия должен лечить людей, помогать им. — Он поежился. — Мы все ждем прихода мессии. Как можно быстрее. Может, он и придет скоро. Но я за себя не отвечаю. Я безумец, ребенок. Но не мессия.
Что за видения? Почему он за себя не отвечает?
Оставшуюся часть дня я провел с Горди в разговорах. Он жил в этом поселочке, работал в пекарне и посещал ешиву в соседнем поселке Кирьят Арба, намереваясь стать раввином. Он скучал по своей семье и друзьям, оставленным в Лос-Анджелесе, но надеялся, что они все в конце концов совершат алию. Я спросил его, что он думает о рабби Липски, и Горди ответил, что считает его великим человеком, которого Израиль еще оценит, и своим духовным отцом. Чтобы не отпугнуть Горди, я больше не упоминал о Джозефе Дамуре и неожиданном отлете моего собеседника в Израиль в день взрыва.
На закате Горди пригласил меня принять микве, ритуальное омовение.
Мы спустились с холма и вошли в небольшой еврейский квартал, тот самый, где жила Ханна Клейн. Вместе с нами в баню шли еще несколько евреев, некоторые были вооружены.
В предбаннике Горди неожиданно сказал:
— А в бане мне всего один раз было видение. Я видел Ковчег завета.
— Ковчег завета?
— Да, он летал. Это было так прекрасно. А затем ко мне подлетел ангел и сказал, что я должен уйти в ущелье и упражнять себя.
— В ущелье?
— Да, в горах. Недалеко от того места, где однажды хранился Ковчег завета. Тогда я смогу принести жертву.
Когда я уже почти разделся, я вдруг заметил в окно, как около тротуара остановилась машина марки "Линкольн", за рулем сидел человек, вломившийся в мой гостиничный номер, которого в уме я уже называл "взломщиком". Я поспешно оделся и выскользнул из бани. Подкравшись к машине сзади, я разглядел, что, кроме моего старого знакомца, в ней было еще три человека.
Когда одетый Горди вышел из бани, все четверо уставились на него, а потом машина медленно тронулась с места и исчезла за углом.