Играющее Средневековье [litres]
- Автор: Кузнецова Николь, Пронина Анна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-126962-3
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «Играющее Средневековье [litres]». Краткое содержание книги:
Игральным картам уделено особое внимание, так как до наших дней о них сохранилось не так много сведений. Автор разбирается, кто и когда их придумал, почему их называют «дьявольскими картинками», о чем говорит карточная символика.
Из книги вы узнаете:
почему в раннехристианских храмах в сюжетах росписей присутствуют карточные масти;
как картинки с игральных карт попадали в священные книги и обратно;
как в Средневековье проводили свой досуг дети;
что больше всего забавляло в Средневековье взрослых;
в какие игры Средневековья можно и сыграть и сегодня;
а также: приметы, гадания, суеверия – от лучших экстрасенсов страны.
Интервью с медиумом Александром Шепсом, ясновидящей Николь Кузнецовой, тарологом Антоном Мамоном, ясновидящей Фатимой Хадуевой; гранд-мастером Таро Эльзой Хапатнюковской, художником Алексеем Орлеанским, цыганкой Азой Петренко, коллекционером Эдуардом Швейгертом и другими.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
В XVIII веке благодаря развитию торговли с Америкой город процветал. А в 1746 году местный градоначальник пообещал сделать Бордо одним из красивейших городов Французского королевства и расстроил центр в соответствии с принципами классицизма. Архитектурными творениями того времени можно полюбоваться и сегодня.
С давних времен Бордо считался крупным морским портом, и через него отправлялись в путешествие по другим странам игральные карты, производимые во Франции. В 1665 году Лиможа, владелец предприятия по их производству, догадался предложить изготавливать их прямо на месте, в Бордо, а выручку направлять на пользу богадельни. В 1669 году Лиможа получил августейшее соизволение, и Бордо стал двенадцатым городом королевства, где была разрешена печать игральных карт. Интересно, что среди первых мастеров карточного производства числились Жан Валет и Жан Винни.
Но я хотела бы сделать акцент на другом факте – меня заинтересовало именно то, что доходы от продажи игральных карт шли на богоугодное дело – заботу о стариках. И это не единственный случай. Известно о прошении к управляющему Лангедоком (тоже Франция) от 9 ноября 1693 года: «Попечители богадельни города Монпелье, доходов которого недостаточно для обеспечения заботы о бедных странниках, просят предоставить две льготы: разрешить во всех епархиях изготовление игральных карт и продажу стекла».
Примечательно, что и история российского картопечатания тесно связана с благотворительностью.
Считается, что игральные карты попали в нашу страну при Иване Грозном, предположительно из Польши. Однако в письменных свидетельствах о картах впервые упоминается в Уложении 1649 года, которое предписывает с игроками в карты поступать «как писано о татях» (ворах), т. е. бить немилосердно, отсекать пальцы и руки. Указом 1696 года введено было обыскивать всех заподозренных в желании играть в карты, «и у кого карты вынут, бить кнутом». В 1717 году воспрещается игра в карты под угрозой денежного штрафа. В 1733 году для рецидивистов определены тюрьма или батоги.
Но несмотря на все строгие указания и наказания, при дворе, видимо, в карты поигрывали – сохранилась опись имущества времен смерти царя Алексея Михайловича, и в ней среди прочих вещей упоминается и нескольких десятков карточных колод.
Законным способом проведения досуга игральные карты были признаны только при Петре I. Тогда же их начали печатать в России, а не только привозить из-за рубежа.
Царь пожелал открыть две небольшие мануфактуры в Москве, которые печатали карты. Но окончательно государственная монополия на производство игральных карт была введена при Александре I.
И вот тут хочу вам рассказать о Московском императорском воспитательном доме. Его здание, выходящее фасадом на Москворецкую набережную[21], хорошо знакомо москвичам. До 2013 года в зданиях Воспитательного дома базировались Военная академия РВСН и Российская академия медицинских наук.
Но речь сейчас о времени правления императора Александра I. Тогда Воспитательный дом управлялся Опекунским советом и финансировался частными пожертвованиями (в том числе от имени монархов и великих князей) и налогами – четвертью сбора с публичных зрелищ и особым налогом на клеймение карт.
Хочу обратить ваше внимание, что все игральные карты, которые продавались в XVIII веке в России, облагались налогом. Его сумма составляла пять копеек с колоды российского производства и десять, если карты были привозные, заграничные.
С 1819 до 1917 года Воспитательный дом обладал монополией на производство игральных карт. Их выпускала одна-единственная мануфактура в стране – Александровская, в Петербурге (позже Комбинат цветной печати).
До 1820 года решением Опекунского совета Воспитательного дома право клеймения карт также могло отдаваться на откуп. В свое время такая система вызвала бурный рост количества производившихся игральных карт.
К середине XIX века сложилась традиция – на бубновом тузе рядом со значком масти располагать надпись: «В пользу Императорского воспитательного дома» с таким же изображением, как на налоговом штампе, употреблявшемся многие десятилетия. Также на этой карте помещалась имперская символика в виде двуглавого орла. В центре «штампа» изображалось гнездо пеликана с птенцами – давний символ Воспитательного дома.
Как ни странно, такой рисунок на бубновом тузе встречался и на советских колодах – но уже как дань памяти.
Расскажу вам и еще пару историй о наших картах. Ведь вряд ли среди читателей найдется человек, который никогда не держал в руке нашу «Атласную» колоду. Но вот почему она так называется и кто ее «придумал», знают немногие.
21
Фактический адрес: Устьинский проезд, 9, стр. 4.