Алая тигрица [litres][Red Tigress]

С другого конца комнаты заговорил Рамсон.

– Ну и что же это за артефакт? Где в Брегоне его можно найти?

– Похоже, он существовал уже много лет, скрытый и неизвестный миру. Но кто-то дал ей знать о нем, когда она взошла на трон, и с тех пор она неустанно ищет его. Я не знаю о нем, но видел творения, эксперименты, посланные с Брегона, аффиниты с множеством сил родства. – Он на мгновение закрыл глаза, словно пытаясь прогнать воспоминания. – Вы должны найти способ предупредить Брегон. Если Морганья заполучит его, то ее будет невозможно остановить.

Через полуоткрытую дверь прогремели шаги, ветер донес голоса. Тециев остановился, прислушиваясь.

– А теперь я должен покинуть вас, – сказал он. – Я сообщу им, что в этом доме никого не было.

– Подожди, – Ана сглотнула, ненавидя себя за то, что ей нужно было о чем-то его просить. – Если ты обладаешь вестями о дворце… Капитан Макаров и лейтенант Хенрик в безопасности?

Тециев помолчал, оглядываясь через плечо.

– В безопасности, – тихо сказал он. – Они в ожидании приказов по вашему возвращению.

Прежде чем она успела сказать что-нибудь еще, он повернулся и захлопнул за собой дверь. Последнее, что Ана увидела, были его глаза, широко раскрытые и бледные, задержавшиеся на ней.

Рамсон пересек комнату и подошел к ней. Он тяжело дышал, прищурившись, когда посмотрел на дверь, где всего несколько секунд назад стоял алхимик.

– Мы выясним, лгал Тециев или нет, – сказал он, крепче сжимая оружие. – Готова?

Через окно Ана наблюдала, как Тециев вдалеке спешит к Морганье. Их обмен репликами, казалось, длился вечность. Секунды текли незаметно. Ана затаила дыхание.

Наконец Тециев поклонился и отошел в сторону.

Ее облегчение было недолгим. Ана наблюдала, как имперские патрули привели нескольких горожан туда, где стояла Морганья, выстраивая их в ряд. У нее было ужасное предчувствие того, что должно произойти.

Она могла бы остановить это. Она была единственной с силой остановить это.

Она могла бы попытаться покончить со всем прямо сейчас.

– Ана, – голос Рамсона прорезал тишину, как будто он мог слышать ее мысли.

– Она прямо там, Рамсон. – Ана сжала кулаки, когда рана на спине снова резко запульсировала. – Я могла бы…

– Нет. – Рамсон сократил расстояние между ними. – Здесь, наверное, сотня имперских патрулей, Ана. Я буду сражаться с тобой, если придется, но не рискну снова потерять тебя.

Ее глаза защипало – то ли от его слов, то ли от сцены снаружи, то ли от того и другого, она не могла сказать. Вдалеке Морганья подняла руки, и мужчины и женщины перед ней упали на колени. Они стояли неподвижно, застыв под контролем силы родства над плотью, которой обладала Морганья. В отчаянии Ана вглядывалась в их лица, ее сердце подпрыгивало к горлу, когда она искала проблеск рыжих волос, золотых хвостиков. Она ненавидела себя за последовавшее за этим облегчение; справедливо ли, что она почувствовала его оттого, что это были незнакомцы, а не ее друзья? Было ли справедливо, что она позволила им умереть, чтобы спасти свою собственную жизнь? Обещание, что все изменится, как только она станет императрицей, никогда не казалось таким далеким, как в этот момент, когда Ана стояла и смотрела, как шесть человек ждут смерти.