Мусор

Внутри, за затемнёнными окнами, изредка плясали фиолетовые и зелёные огни да слышалась, если подойти как можно ближе, приглушённая бодрая музыка. Только по этим признакам можно было определить существующую внутри жизнь. Ни одной машины рядом. Массивная дверь распахнулась, и оттуда вышел полный, лысеющий мужчина, в одной белой рубашке. Неприветливо посмотрев на Тюрина, он достал из кармана сигарету и хмуро закурил, нарочно глядя в другую сторону.

Саша немного подумал и вдруг вошёл внутрь. Прямо в прихожей стояли высокие кресла с алой плюшевой обивкой и крупные искусственные розы в больших золочёных вазах. Эта королевская обстановка одновременно и смешила, и смущала. В зале играли «Руки вверх», и в кругу танцевало несколько женщин, словно сошедших с шутливых картинок про главных бухгалтеров: немолодые, полноватые, в обтягивающих платьях, высоких сапогах и со стоячими начёсами беленых волос на головах, они, широко размахивая руками и двигая плечами, ногами лишь ритмично делали шаг в сторону, тут же возвращаясь обратно и балансируя на своих каблуках. Двое мальчишек лет семи выбежали из полутёмного зала к выходу и, со смехом, толкая друг друга, скрылись за такой же тяжёлой, как и входная, дверью туалета. В прихожей была полная тишина, в зале – слишком темно. Может быть, здесь сегодня корпоратив? Саша подошёл к проёму с бархатными красными шторами и заглянул внутрь.

Сдвинутые в один большой ряд столы справа, за которыми сидели, кто поодаль, кто вплотную друг к другу, беседуя, человек пять мужчин и женщин разного возраста. И четыре женщины, танцевавшие в кругу. Посредине тоже большой стол с двумя, похожими на трон, деревянными креслами друг напротив друга. И слева, за одним из столиков, он вдруг увидел ловящую розовым языком сползающий с треугольника пиццы плавленый сыр сестру. Рядом с ней сидела высокая светловолосая девушка и снимала её на телефон. Перед обеими стояли две полупустые пивные кружки. Немного подумав, Саша решил, что лучше уйти, не стыдясь самому и не стыдя Ангелину, но потом замешкался. Это его сестра, по поводу которой он завтра пойдёт разговаривать с директором школы; он почти не знает её, как и она – его; но она совсем юна, а он кажется себе молодым, современным и интересным; и ему совершенно не хочется быть в её глазах одним из тех банальных, отстранённых взрослых, что привыкли игнорировать её или критиковать… Поэтому он вздохнул и направился к их столику.

Обе девчонки бросили смеяться и испуганно обернулись, поняв, что кто-то перекрывает им приглушённый свет. Ангелина в испуганном исступлении схватилась за ручку кружки, а потом так же механически одёрнула.

– Привет, – постарался как можно доброжелательнее говорить Саша, чувствуя, что выглядит очень наигранно и что в тепле помещения снова начинает сильно хмелеть и тяжело соображать.