Гильдия Чёрных Кинжалов (СИ)

Очень быстро растерянность уступила место лихорадочному возбуждению. Пока мы ехали в полицейском экипаже, я пристально вглядывалась в карту, уточняя у сидящего рядом Риада детали местности. В письме я вычитала, что какая-то полоумная женщина, живущая на отшибе, держит у себя пустынную тварь в качестве домашнего питомца. Саму тварь никто не видел: она сидит на цепи в небольшой конуре, из которой днём раздаётся рычание, а по ночам берег Свен оглашает жуткий нечеловеческий вой. Третий класс этой твари присвоили уже в Центре, из тех соображений, что менее развитое существо приручить бы не удалось. А о том, что это существо именно прирученное, говорила сохранность конуры — для дикой твари хлипкая деревянная постройка не помеха, да и цепь, честно говоря, не всегда. Для своего монстра хозяйка покупает мясо на кости, сырую печень и бычье сердце. Пару раз местный мясник по пьяни давал женщине банку говяжьей крови (на трезвую голову он эту чокнутую даже на порог не пускает).

Ну что ж, посмотрим.

Часа через полтора я выскочила из кареты, как пробка из бутылки с игристым вином. Я так хотела поскорее заняться делом, что почти не обращала внимания на сосущее чувство тревоги — а ведь в глубине души боялась, что здесь, рядом со Свен, оно станет для меня значительной помехой. Во мне будто зажёгся огонёк, согревающий изнутри и не позволяющий страху подбираться слишком близко к сердцу.

Но мой пыл всё же слегка поумерился, стоило мне оглядеться. Никогда не видела ничего подобного.

— Семь деревьев, — негромко сказал за моей спиной Риад.

Деревьев, здесь, конечно, было больше. Но именно семь выделялись на фоне остальных, как семь уток в стае воробьёв. Они возвышались в стороне от невысокого холма, облепленного домиками, там, где могло быть усеянное овсом или пшеницей поле, но не росло даже травы. Когда-то это были ивы. Теперь же казалось, что к деревне подступают высоченные монстры в три, а то и в четыре обхвата. Тёмно-серая кора собиралась складками, причём как-то по спирали, словно чья-то невидимая рука пыталась скрутить стволы в огромные жгуты. Кривые ветки, похожие на большие изломанные руки, тянулись в сторону холма, трепеща редкими листочками.

— Что с ними?! — поразилась я.

— Аномалия, — отозвался Тельмер. — Появилась пару лет назад. Раньше-то были ивы как ивы, а потом вот случилось что-то… Ваши, из Центра, тогда приезжали сюда, с пробирками да детекторами, пытались что-то выяснить… Так что спросишь, при случае.

Я кивнула. Действительно, у меня были более насущные проблемы. Да и потом, в таком месте всё возможно…

Я кинула короткий взгляд на блестевшую в полумиле от нас воду широкой реки, потом на знакомый мне чёрный лес, от которого веяло жутью… Ладно, будем надеяться, оттуда ничего не полезет, чтобы нас поприветствовать.

Холм надлежало обойти — нужный нам дом находился с противоположной стороны. Я решительно зашагала туда, стараясь лишний раз не смотреть на монструозные деревья — они сбивали меня с правильного настроения.

— Эй, стойте! — крикнул возница, которого мы оставили на козлах.

Я обернулась, машинально схватившись за кинжал, но оказалось, что наш кучер просто заметил всадника вдалеке. Тот мчался галопом мимо остальных деревень, не делая попытки куда-то свернуть, из чего я заключила, что направляется он именно сюда. Стук копыт приближался, и вскоре я смогла разглядеть плещущиеся в бешеном ветре светлые волосы…

— Господин Кор-Тейви… — удивился Тельмер.

Каус спешился рядом с нашей повозкой, машинально, без приязни, потрепал по холке своего прекрасного коня и подвёл того к небольшому деревцу.

— Это же бурсунец, — удивился Риад.

— Да, у нас в Центре два таких, — отозвалась я, глядя, как одетая в чёрное фигура с ножнами на поясе идёт в нашу сторону. — Я недавно узнала…

— Ничего себе. Почему же он раньше никогда на них не ездил? Такую драгоценность грех в конюшне держать…

— Добрый день, — вежливо поздоровался Каус. — Я приехал вам помогать. Пойдёмте?

— А почему ты решил, что нам нужна помощь? — хмуро спросила я. — И как, кстати, ты себя чувствуешь?

— Всё в порядке. Правда, придётся привыкать к слегка изменившемуся отражению… Но, если бы ты не вмешалась, всё могло кончиться ещё хуже. Так что спасибо.

Каус улыбнулся, но я на улыбку не ответила. Я смотрела на его переносицу, которая обзавелась заметной горбинкой в том месте, где медики из Зелёных Трубок срастили сломанные хрящи. Раньше я редко обращала внимание на то, какое у него правильное, красивое лицо. Было.

— Зачем ты приехал? Я бы сама справилась.

— Не сомневаюсь. Но лучше две головы, чем одна, разве нет?

Я чуть не крикнула, что после ускоренного лечения его голова может соображать намного хуже обычного, а про замедленные реакции и говорить не стоит. Но вовремя поняла, что такие вещи в присутствии посторонних лучше не обсуждать. Пожав плечами, я хотела было продолжить путь, но Каус удержал меня.

— Давай активируем кинжалы здесь.

Я одарила его мрачным выразительным взглядом.

— Можно для проформы достать детектор, — сказал Каус. — Но поверь моему опыту, Эстина, бледнее оранжевого он гореть не будет. А случиться может всякое, ты не всегда успеешь даже рукой шевельнуть.