Древние Свитки. Исход (СИ)

- Ну, хорошо, - капризно согласился он. - Говори.

- Последний Драконорожденный убил Алдуина, - сказала она кратко.

- Убил, - недоверчиво повторил он вслед за ней, а потом внимательно изучил собеседницу с головы до ног и изрек: - Милые глазки. Так, говоришь, прямо-таки убил?

- И не только его, - разозлилась она, видя, что ее никак не хотят воспринимать всерьез. - Ты последний, от остальных остались лишь кости.

- Хмм, хмм, - завозился он, устраиваясь поудобнее, и завел голову к небу, словно прислушиваясь. Эль покорно ждала, пока он снова к ней снизойдет, и дождалась-таки волшебных слов: - Ты ошибаешься. Но не всё сразу… Мерзкий глубинный народец, - зафырчал он, поводя тяжелыми крыльями.

Ругается на двемеров, догадалась Эль. И как это они ухитрились так его смять? Хотя, наверное, лучше не спрашивать.

- Почему ты говоришь на человеческом языке? - спросила она вместо этого.

- Потому что могу, - хохотнул дракон и тут же язвительно добавил: - Но я не могу на нем думать, поэтому раньше мы общались на драконьем. Не премину отметить: я благодарен тебе за спасение, - ворчливо признал он ее заслуги.

- Вот и славно, - нагло сказала она. - В таком случае жду положенную награду.

- И какая награда тебе надобна? - сладко сощурился ящер.

- Ответы, - тут же выпалила она. - Зачем я здесь? Чего Акатош от меня ждет?

- А сам он тебе не сказал?

- Сказал, - вздохнула она. - Иди, сказал. Ищи, действуй. Будь.

- Вот и будь, - совсем развеселился он. - Что тут непонятного?

- Но я не могу быть! - закричала она, вскочив с места. - У меня забрали мой мир, мою жизнь и крылья! Что от меня осталось?!

- Дитя, - ласково сказал дракон, - ты нечто большее, чем крылья. Истинные ответы не даются, их находят на пути.

- Но…

- Никаких “но”, - категорично перебил ее Вультурьйол. - Думаешь, я тот, кто все тебе объяснит и растолкует? Я веками был вместо люстры у гадкого народца, который исчез, не попрощавшись! Оставили меня в наследство фалмерам! - взревел он, хлеща хвостом.

- Э, да, - сбавила напор Эль, понимая, что не у нее одной тут имеются проблемы, вопросы и претензии.

- Мне тоже надо найти свои ответы, - заявил дракон, чуть уняв законный гнев. - И этим я и займусь. Не волнуйся, - снисходительно посмотрел он на нее, - мой путь будет лежать далеко от чудовища. Твой - куда ближе.

- Не очень обнадеживает, - саркастично заметила она. - Но, во всяком случае, я рада, что ты не торопишься ввязаться в драку.

- Тинвак греет кровь, - хихикнул древний гад. - Мы оба это знаем. Но вот тебе совет: и ты не торопись.

- Ввязываться в драку?..

- Именно, - он расправил плечи и блаженно вздохнул: - Drem Yol Lok, mal briinah. Мы еще увидимся.

Ветер, поднятый огромными крыльями, взметнул ей волосы и дрогнула под ногами земля, когда исполин оттолкнулся от камней и взлетел. Эль проводила его взглядом и поняла, что никак не может убрать с лица идиотскую счастливую ухмылку.

Ну и не надо ее убирать. И так хорошо.

Она прочертила пальцем борозду в камне, оставшуюся от когтя Вультурьйола, и изумленно выдохнула, заново осознавая, что этот след настоящий и что она действительно сумела найти дракона. И пусть этот дракон не пожелал разъяснить всё сходу и подробно, он все же есть, он жив и они увидятся снова. Он сам ей обещал.

Увидев поотдаль черный остов, в который превратился бедняга драугр, она повела взглядом по древним стенам, сумевшим устоять против взрыва, и подумала, как славно, что она пришла сюда, а не взялась проводить свои освободительные работы на башне. Колледж и уж тем более Винтерхолд не поняли бы таких экспериментов.

 

========== Глава 13. Две позорных истории ==========

 

Комментарий к Глава 13. Две позорных истории

В этой главе много того, что может вызвать недоумение. Объяснения и обоснования будут позже по сюжету, иногда - существенно позже, а пока что можно считать это полетом авторской фантазии, если так будет проще. Но хочу сказать две вещи: во-первых, Харкон не врет. Он говорит правду, просто далеко не всю. Во-вторых, стоит обратить внимание на разговор в мастерской, это важно.

Было яснее ясного, что Харкон по-прежнему ждет ее в подземелье и к нынешнему моменту, наверное, совсем извелся, гадая, как все прошло. И как бы ни обзывал и ни клеймил вампира строгий Вультурьйол - и предателем, и дурнем, - Эль к кровопивцу никаких личных счетов не имела и мучить его не собиралась.

Ступив сквозь портал в подземелье, уже не озаренное теплым светом, она увидела, что лорд, как и раньше, сидит на обломках арки, терпеливо ожидая хороших новостей. Услыхав ее шаги, он поднял голову и Эль вдруг показалось, что все его владение, весь древний Волкихар, лежит на нем как неподъемная скала. Зажатый в темном каменном чреве, он напомнил ей уже не Ловиса, а Оробаса, обреченного умереть в глухом склепе, в десяти шагах от солнца.

- Он улетел, - сказала она. - И обещал, что будет осторожен.

- Да у тебя дар, - усмехнулся вампир. - Обычно им это несвойственно.

- О тинваке он рассуждал вполне мечтательно, - согласилась Эль, подходя ближе и усаживаясь рядом на обломки. - Но помимо этого мало что сказал. Кокетливое существо, такое загадочное… Хотя, если я правильно его поняла, он все-таки не последний.

- Что думаешь делать теперь? - отстраненно спросил Харкон. Голос его звучал так сухо и холодно, словно он не ожидал услышать в ответ ничего хорошего. Казалось, даже славная новость о том, что Вультурьйола удалось спасти и освободить, его нисколько не вдохновила.