Моя анимежизнь

Подойдя к скверу, сразу увидел Кейташи и Кеиджи. Если бы мое имя начиналось не на «И», а на «К», нас можно было бы назвать «ККК». Я хихикнул и подошел к друзьям. Поздоровались.

— Что это у тебя? — указав пальцем на мой лоб спросил Кейташи.

— Ночью встал попить водички и врезался в дверной косяк, — подождал, пока друзья просмеялись и спросил, положившись на аборигенов:

— Ну что, куда двинем?

— Не знаю, мне все равно, — не оправдал надежд Кейташи.

— В кинотеатре неподалеку показывают «Смерть мастера чайной церемонии». Слышал о нем много хорошего, — внес идею Кеиджи.

Такого фильма я не видел, поэтому сразу согласился. Впрочем, я бы согласился на любой. Между походом в кино и всем остальным я всегда выбирал кино.

Вышли из сквера, и Кеиджи повел нас в кинотеатр. Я зачем-то оглянулся и увидел Сохэя. Он сидел на лавочке и подкатывал к какой-то девушке. У этого рекрута якудзы слишком много свободного времени. Мысленно пожелал ему удачи.

Дойдя до кинотеатра, взяли билеты и прошли в зал. Кейташи купил попкорна, предложил нам угоститься. Я отказался. Кеиджи охотно запустил лапу в ведерко. Внезапно в кинозал вошел Сохэй. Кейташи толкнул меня в плечо и сказал:

— Слушай, это ведь тот якудза, который постоянно тусуется возле школы?

— Да, это он. Наверное, тоже хочет посмотреть на смерть чайного мастера, — ответил я ему.

Тем временем Сохэй занял место прямо позади Кейташи. Кейташи слегка побледнел и предложил мне поменяться с ним местами. Я рассмеялся, но согласился. Надеюсь, Сохэй не будет пинать мое кресло весь сеанс. Свет погас, ожил проектор. Сначала показали несколько трейлеров: фильм про любовь, фильм про самураев, фильм про маньяка. Ни один меня не впечатлил.

Начался фильм. Он поведал нам о том, как в средневековой японии массово душили мастеров чайной церемонии. Так и не смог понять зачем. Возможно, средневековые самураи ненавидели чай. Фильм закончился пафосным харакири главного героя. Кеиджи загрустил, Кейташи заплакал. Жесть. Возможно, я толстокожий, но на меня такого впечатления фильм не произвел. Впрочем, скучно тоже не было. Средневековые японцы смешные. Они пафосные, любят орать и рожи у них суровые. Сохэй ни разу не пнул мое кресло. Какой молодец.

Пошли титры, я обернулся к Сохэю и спросил:

— Ну как тебе фильм, Сохэй-сан?

Тот пожал плечами и ответил:

— Я проспал большую часть, но вроде неплохой.

Да вы кинокритик, сэр. Отвернулся от него и заметил, что Кеиджи удивленно уставился на меня. Почему? Вышли из кинотеатра, и он спросил меня:

— Ты знаешь этого парня?

— Да, виделись пару раз. Сохэем зовут.

— Откуда? У тебя что, какие-то дела с семьей Синода? — почему-то разозлился и повысил голос Кеиджи.

— А откуда ты знаешь, что он из семьи Синода? — в свою очередь повысив голос, спросил я в ответ, и в моей голове словно что-то щелкнуло. Я улыбнулся и спокойно сказал:

— Вот оно что! Понимаю. Как долго ты планировал скрывать это от нас, Кеиджи?

Он дернулся, замахал руками в воздухе: