Паутинщица

— О как! Слыхал? — Дирк принялся перебирать документы в сейфе.

— Не представляю, зачем тебе нужна эта галиматья, — ворчал он, отыскивая нужную папку. — Я и так могу сказать, что ничего важного там не было.

Пробежав глазами отчет о последнем визите принца, я попросил сделать мне копию. Подумав, добавил к своей просьбе и сведения о всех визитах за последнюю пару лет.

Разыскивая требуемое, мой добрый друг высказывал свое развернутое мнение о чертовых параноиках, неизвестно что о себе вообразивших, и в выражениях при этом не стеснялся.

— Будешь должен, — завершил он свою речь, — и не забудь прислать из своей богадельни официальный запрос. Должен же я прикрыть чем-то задницу, если вдруг кому-то из проверяющих вожжа под хвост попадет.

— Не забудьте, закон предписывает тотчас произвести те действия, которые не терпят отлагательства, — тут же согласился мелодичный голос, — Министерство внутренних дел заботиться о вас.

Я меланхолично заверил Дирка (и министерство), что запрос будет, а должен я вообще всем по жизни. Так что одним долгом больше, одним меньше, для меня никакой роли не играет.

В своем кабинете я разложил перед собой честно добытые нечестным путем отчеты, и взяв чистый лист бумаги, принялся скрупулезно выписывать все встречающиеся там имена и названия мест, пытаясь выявить все возможные повторения и закономерности.

В глубине души я боялся, что моя идея ни к чему не приведет. Но, посмотрев на результаты своих трудов, понял, что напал на след. На моем листе фамилия Флэгг повторялась шесть раз. Фактически, Ларейни встречался с ним каждый раз, приезжая в империю.

Я посмотрел также краткую справку об этом господине. Мистер (не лорд) Флэгг, официальный адрес проживания … бла-бла-бла… владелец сети клубов сомнительной репутации (но ничего откровенно противозаконного), и вот собственно говоря и все. Откуда взялся, как разбогател, каково семейное положение — не известно. Сведения об этом отсутствуют. Не копали, или ничего не нашли? Что уже само по себе подозрительно.

Ну и зачем же наш вечный Принц встречался с этим весьма мутным типом? Такая информация тоже отсутствовала. Интуиция подсказывала, что нужно рыть дальше, но у меня не было необходимых для этого ресурсов. Что ж, значит пора идти с докладом к Монтгомери. Это в его компетенции.

Я подошел к окну. На улице уже стемнело, и дождевые капли блестели в оранжевом свете фонарей. Недавняя встреча с Кьянти напомнила мне не только о давно забытых тайнах черного блокнота, но и о поисках самого блокнота.

Где ты Соня? Смотришь ли ты тоже на блестящую стену дождя? Вспоминаешь ли обо мне?

Когда ты исчезла, я искал тебя, как помешанный. Ходил в твою школу, задавал вопросы всем подряд, как когда-то грозился. Но охрану почему-то не вызывали. Смотрели с жалостью и на все вопросы отвечали «нет». «Нет, мы ничего не знаем. Нет, нам неизвестно о каких-либо родственниках. Нет, никто нас не предупреждал о переезде».

Знакомая парочка Сониных друзей подошла сама. Мальчишки готовы были рассказать все, что знали. Да только знали они не больше моего. Я часами слонялся по окрестным дворам и рыночной площади и задавал свои бесконечные вопросы. Люди в лучшем случае пожимали плечами, в худшем — недвусмысленно намекали, чтобы я убирался подобру-поздорову. Никому не было дело до нищей пьянчужки и ее девчонки.