Электронная книга - «То самое чувство». Краткое содержание книги:
Никогда не садитесь в машину к парню своей подруги и не отвечайте потом на его звонки.
Если не хотите, как я, оказаться перед крайне нелегким выбором. Вот только я не совсем уверена, кто кого выбирает...
- Из двух парней тебе, конечно, больше подходит Никита. Он понятнее и проще. А Дэн - тот еще говнюк, с этим не поспоришь. Но мне показалось, что влюблен он в тебя гораздо сильнее.
- Что ты несешь?
- Я наблюдала. Он глаз с тебя не сводил. Этот Дэн будто... помешан на тебе…
- Но ты сказал...
- Я обманул, - перебивает он и смотрит на меня без тени смущения. - Прости, но пришлось пойти на обман. Чтобы ты точно не отказалась встретиться со мной. Во время и нашей первой встречи, и потом второй ты так старательно демонстрировала равнодушие ко мне, что я не был уверен в твоем согласии.
Я таращусь на него и хлопаю ресницами, как большеглазая безмозглая кукла.
- В общем, если ты не возражаешь, то это наше первое свидание.
Он облизывает кончик трубочки и кладет ее поверх салфетки с логотипом, лежащей на центральной панели между нами. Мои глаза сопровождают каждое из его действий, потом я снова смотрю ему в лицо, и меня засасывает в омут его невероятно бездонных глаз, в этом освещении потемневших до цвета графита. Мой любимый оттенок серого - мокрый асфальт.
- А если возражаю? - бормочу еле слышно, не в силах моргнуть или отвести взгляд.
- Не цепляйся к словам. Это всего лишь оборот, присказка, требуемая этикетом. Даже если ты возражаешь, твое мнение - извини - не учитывается, и это свидание. Прими это.
Мы продолжаем смотреть друг на друга, но мне быстро надоедает эта затянувшаяся игра в гляделки.
- Ну, если свидание, - говорю с непонятно откуда взявшейся смелостью, - удиви меня...
Он наклоняется вперед и впервые берет меня за руку. По руке молниями вверх стреляют электрические импульсы.
- Ты когда-нибудь смотрела, как садятся самолеты? - чуть подсевшим голосом спрашивает он.
Он тоже взволнован?!
- Я еще в-вообще н-ни разу не была в аэропорту, - заикаясь, отвечаю, опустив взгляд на замок из наших рук, сейчас являющийся энергетическим сгустком. - Точнее, была, но тогда мне не было и четырех лет, поэтому ничего не помню.
- Тебе понравится, - обещает он и поворачивает ключ в замке зажигания.
ТСЧ: Восторг 14
Ощущения, охватившие меня при приближении к аэропорту, словами описать невозможно. Какое-то чувство невыразимого восторга, предвкушение чего-то особенного и значительного, волнующего и крышесносного. Наверное, что-то похожее испытывают прыгуны с парашютом, двигаясь к распахнутым створкам рампы, навстречу неизвестности.
Мне действительно еще ни разу в своей жизни не удалось тут побывать. Мама по работе летала довольно часто, но в аэропорт ее почти всегда отвозил водитель, и хоть встречать иногда позволялось папе, у меня не получалось поехать с ним, каждый раз что-то мешало. То учеба, то продленка, то планы с подругами. Алиса же всегда была свободна или специально освобождалась, и с удовольствием сопровождала отца, а потом с увлечением рассказывала мне, как же тут круто. Как по-особенному чувствуется ритм жизни, какое волнение охватывает во время ожидания в зале прилета, как слезы наворачиваются, когда видишь эмоции людей от встречи с любимыми. В общем, вдохновленная ее красочными рассказами, я уже давно лелеяла мечту попасть в аэропорт хотя бы как зритель, хотя и полететь мне тоже ужасно хотелось. Все равно куда. Просто сесть в кресло, пристегнуться по просьбе стюардессы, как это часто показывают в фильмах, и спиной ощутить дрожь от разгоняющихся, набирающих космические обороты мощнейших двигателей. Прожить и прочувствовать, как огромная стальная птица, всё ускоряясь, бежит по взлетной полосе, добираясь до предельной скорости, как сравнительно маленькие, почти крохотные колесики-шасси отрываются от земли, и происходит магия. Магия полета.
Об этом мы с сестрой мечтали вместе, в этом аспекте нашего личностного противостояния она меня пока не обошла, тоже еще не имея опыта полетов. Даже, скорее, это я ее опередила, однажды, в очень далеком детстве, летавшая с папой к его родне в Алма-Ату. Мне тогда было года три с половиной, а Алиске лишь чуть больше года. Мама осталась с ней дома, и мы с папой летали вдвоем. Но это, конечно же, не считается - у меня практически нет воспоминаний о том разовом опыте. Очень смутно я помню, как ходила по салону между кресел, как стюардессы угощали меня конфетами. И то не уверена, что я это именно помню, а не нарисовала себе мутную картинку из воспоминаний папы и не принимаю ее за свои.
К зданию аэропорта - выбор именно этого меня не удивляет, мои минимальные анкетные данные Никите наверняка известны - мы подъезжаем уже в сумерках. Безоблачное небо над бетонным гигантским лебедем и его распростертыми крыльями темнеет и приобретает оттенок ультрамарина, местами перетекающего в глубокий цвет индиго. Стены терминала, собранные из стеклянных прямоугольников приветственно горят теплым желтым светом, отражающимся в стеклах-ромбиках огромного, изогнутого, словно сотканного из тонких металлических прутьев крыле. Поток машин движется в пять или шесть - не могу подсчитать - рядов. Такой плотности, мне кажется, я не встречала и в центре. Мы оставляем машину на многоуровневой парковке и идем в еще более впечатляющем потоке, но уже пеших пассажиров. Кто-то идет размеренно, кто-то бежит, опаздывая на регистрацию, и везде стойки, экраны, табло. Все подсвечены, подмигивают все новыми, сменяющими друг друга закодированными надписями. Глаза у меня разбегаются, я верчу головой во все стороны и, кажется, даже забываю дышать. Чувствую себя ребенком в Диснейленде, хотя и в нем я тоже, разумеется, не бывала.