![Будь ножом моим [litres] [Be My Knife] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/2/4/8/8/bud-nozhom-moim-litres-be-my-knife-download.jpg)
Будь ножом моим [litres] [Be My Knife]
- Автор: Гроссман Давид
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: 1 редакция (5)
- ISBN: 978-5-04-159502-9
- Переводчик: Анна Субич
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Будь ножом моим [litres] [Be My Knife]». Краткое содержание книги:
И тогда он пишет ей первое, неловкое, полное отчаяния письмо.
«Будь ножом моим» – это история Яира и Мириам, продавца редких книг и учительницы. Измотанных жизнью, жаждущих перемен, тянущихся друг к другу, как к последней тихой гавани. Это история о близости, ее гранях и границах.
Как легко заразиться этой мерзостью, как легко заразили меня! Тебе знаком ритуал полного отлучения, который кроется в пожелании «Пусть твои дети будут похожи на тебя»? Конечно же, знаком. Как ты выразилась, эти особые взгляды, презрительно искривленные рты, молчание, стирающее тебя в порошок, – много ли надо, чтобы навсегда изувечить человека…
Оказывается, ты знаешь, по крайней мере не хуже меня: «Мириам (она произносила твое имя с ударением на первом слоге?), Мириам, только не будь тем, что о тебе рассказывают»…
Надо сказать, меня это ни капли не удивляет.
Иногда мне кажется, что именно эта рана так привлекла меня с самой первой минуты. Та церемонная улыбка, улыбка «предвыборной кампании», твой рот в ту минуту – этого я тебе еще не писал – два уголка губ, как два голодных птенца, стремящихся под сень материнских крыльев. Или туда, где им мерещится сень материнских крыльев… Но ты – не знаю точно как, – очевидно, избежала этой участи, освободилась, или выдумала себя заново, тебе это удалось, более или менее. Может, именно поэтому ты до смерти боишься вернуться туда даже на мгновение, даже на одном листе бумаги, даже ради меня?
8–9.8
Может, я слишком давно не позволял себе как следует рассердиться на то, что они пришли посреди ночи, изъяли мозг у меня из головы и вживили вместо него свою систему слежки. Представь себе, каково это – читать «Зорбу» в таком неописуемом страхе. Уму непостижимо, как этот ничтожный страх способен затмить сияние Зорбиного солнца. Помнишь, как ты танцевала сиртаки в гостиной, со мной и с Энтони Куинном? Но где же ты была, когда я был ребенком?
Никого не было.
Я читал, только когда их не было дома (довольно, не буду тебе о них рассказывать, был у меня отец, и была мать, но тот малыш, которым я был, рос без родителей, ты правильно угадала: я родился у них сиротой).
Меня немного удивляет, насколько свежи эмоции, обуревающие меня всякий раз, когда я подбираюсь к этим воспоминаниям. Сигарету?
Нет, нет, я, конечно же, помню. Но как я смеялся, читая, что вначале ты, без лишних размышлений, сочла запах дыма, пропитавший мои письма, свидетельством пожара, бушующего у меня внутри.
Иногда меня просто поражает твоя готовность поверить в ту фантазию, которой являюсь я.
Может, вместо всей этой тягомотины поговорим о другой фантазии – о тебе?
Когда ты рассказываешь какие-нибудь новые подробности о своей жизни – что до Амоса ты пять (сибирских) лет была замужем за гением-садистом; что у тебя всегда краснеет только левая щека, или что ты уже много лет отказываешься водить машину, или что у Амоса есть сын от предыдущего брака, или любую другую деталь, большую или маленькую, которую я раньше о тебе не знал и не представлял, – я чувствую, что мне нужно приложить некоторое душевное усилие, чтобы «втолкнуть» эту новую деталь в твой образ, как заталкивают книгу на плотно заставленную полку. Но, как только это происходит, все остальные детали, все мои знания о тебе подстраиваются под это изменение, каждый раз заново.
И, если уж мы заговорили о новых неожиданных познаниях друг о друге, позволь мне снять перед тобой мой разноцветный шутовской колпак. Что и говорить, на сей раз ты отправила меня в элегантно-убийственный нокаут – я и представить не мог, что мужчина, который сопровождал тебя тогда, тот гигантский кретин в свитере – вовсе не твой муж (кто же он тогда? Он оберегал тебя, как телохранитель. Как хозяин).
Ты меня совсем запутала. Спокойствие, с которым ты описываешь всех остальных мужчин в твоей жизни, одного за другим, – того, с которым ты плаваешь, и художника из Бейт-Зайта, который, кажется, влюблен в тебя до беспамятства, и слепого юношу, с которым ты переписываешься при помощи шрифта Брайля (ты специально для него выучила?). И как в твоей занятой неделе находится место для всех? И, собственно, еще ты забыла упомянуть трех ешиботников, которые тайком занимаются с тобой раз в неделю… Напиши все-таки, как он выглядит – твой муж, – чтобы я знал, какой тени с ножом в зубах мне следует остерегаться.