Потому что ты любишь ненавидеть меня: 13 злодейских сказок [Антология]

– Я в курсе, – Сигрид знала о дневнике, и о тех книгах, которые Томас, должно быть, проглотил за последние дни.

История об экспедиции на Хефер Блефер занимала ее внимание долгие годы.

И вот теперь интерес вернулся.

Томас пробежал рукой по волосам, оставляя торчащие вихры там, где прошла его ладонь.

– Она – это ты, – заявил он.

– Это о чем ты?

– Она – это ты, Сиг. Клянусь. Она была необычной и желала испытания под стать таланту. Например, спасти магию.

– И много хорошего это принесло ей и ее друзьям.

Томас покачал головой.

– Речь не об этом. Они хотели попробовать, – тут он замялся. – И в любом случае. Есть теории.

Сигрид покосилась на приятеля.

– Есть вещи, которые они могли сделать иначе, – продолжил Томас. – Предания Исландии и Норвегии говорят, что путешественники в силах кое-что предпринять, чтобы отклонить влияние колдуна-отшельника, остаться в трезвом рассудке рядом с ним. Наверняка он загадывает загадки, некий сорт проверки, и всякий, кто отвечает, оказывается магически прикован к результату, – он аккуратно ткнул подругу локтем. – Плюс еще такая штука... Мы куда сильнее, чем Алиса.

– Мы не в состоянии этого знать.

– Если бы сама Алиса или кто-то из ведьм в ее экспедиции обладал способностями вроде наших, это было бы замечено.

– О чем ты говоришь?

– Мы могли бы это сделать, Сиг. Ты и я. Добраться до этого проклятого острова. Забрать все знания, что накоплены тем волшебником, и спасти магию, – Томас повернулся к ней, и пестрая тень от усеянных цветами веток легла на его одухотворенное лицо.

Он откинулся на спинку скамьи, закрыл глаза.

– Тот день, когда я понял, что слово, описывающее то, что я есть – «магия», оказался лучшим днем моей жизни, – пока Томас говорил, белые лепестки на цветках кизила начали раскручиваться. – Ты не можешь сказать мне, что это и есть вся жизнь целиком: моднейший способ носить костюм или работа до самой пенсии.

Лепестки засияли голубым, красным, фиолетовым.

– Алиса хотела, чтобы мир открылся перед ней, показал ей что-то невероятное и новое. Она увидела шанс войти в легенду и ухватилась за него обеими руками.

Сигрид вздрогнула, ощущая, как идея прорастает у нее в мозгу, дикая, абсурдная, но неким образом и логичная. Ее сердце забилось с перегрузкой, первый раз она позволила себе заглянуть в то будущее, что начнет разворачиваться с путешествия на север в поисках великого неизвестного.

Она осторожно положила руку Томасу на плечо, и он открыл глаза.

Кивком указала на дерево, чьи цветки горели флуоресцентным огнем, точно крохотные свернутые радуги. Томас моргнул, и лепестки разом опали, затрепыхались на ветру, кружась, точно природное конфетти. Крапинки лаванды, фуксии и золотарника осели в его волосах, мазнули по отвороту как предательский поцелуй.

– Алиса Грей не сумела отыскать свое новое и невероятное, – сказала Сигрид.