Она не умела стрелять
- Автор: Сотникова Ирина
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Остросюжетные любовные романы
Электронная книга - «Она не умела стрелять». Краткое содержание книги:
Инна с омерзением вспомнила, как два дня убила на поиски пальтишка, похожего на Александрино, и нашла его, наконец, в вонючем стоковом магазине. Полусапожки она купила сразу – это был дешевый или, как принято было говорить на местном базаре, демократичный вариант, такую обувь носила каждая третья женщина в городе. Инна улыбнулась, вспомнив, как продавщица ее убеждала в том, что это настоящая кожа. Настоящей обувной кожи эта толстая, закутанная в шерстяной платок дура не видела никогда.
Сложнее было с силиконовой маской. Но старый художник-кукольник, выполнивший ее заказ, уже ничего не скажет – инфаркт с летальным исходом. Это было несложно, всего пара таблеток в чай. Инну передернуло.
Все получилось очень хорошо, кроме одного – Александра исчезла, спутала все карты. Это казалось невозможным, но против факта не поспоришь. Может, она мертва? А, может, ей кто-то помог, предоставил укрытие? Но кто? Все ее связи были отлично известны, ей просто негде прятаться. И не ее, Иннино, дело, наставлять на путь истинный местный сыск, пусть этим занимается «пусик». По большому счету, у старика претензий быть не должно – она не требует от него выполнения условий договора с его стороны, понимая, что задание до конца не доведено, и теперь сама будет решать свои вопросы.
В Симферополе ей места больше нет, после последних событий она возненавидела этот город всей душой, страстно мечтая покинуть его навсегда. Пока они с Жориком будут перебираться в Киев, возможно, все утрясется само собой, зря она так нервничает. Но Инна напрасно себя успокаивала – ситуация, на самом деле, была зыбкой и тревожной, страх не отпускал.
Ночью ей приснился «пусик». Она занималась с ним любовью, как до этого с Георгием, но ощущение было мерзким, будто старик по-паучьи высосал ее силу, оставив пустую телесную оболочку. Во сне Инна почувствовала себя по-настоящему мертвой – тело ее разлагалось на глазах, стали отпадать волосы, руки, из расползшегося живота потекла какая-то гадость. Проснулась она совершенно разбитой и едва сдержала себя, чтобы не оторваться на любовнике, который снова полез к ней с поцелуями. Глупый Георгий был ей теперь нужен, как воздух – сама она с переездом не справится.
Собравшись с духом, она выпила с ним кофе, отправила на работу и, оставшись одна, горько разрыдалась.
…Наступили выходные. Настроение у Родиона было пакостным. Накануне он выпил лишнего, проснулся с головной болью, за руль решил не садиться. В Коктебель его повез на своей машине верный охранник Гена – единственный человек, приехавший с ним в Крым из Москвы.
Родион молча сидел на пассажирском сиденье, хмуро уставившись в окно. Казалось, он не видел мелькавшие за ним поля и перелески, упрямо разглядывая точку на стекле. Гена начал нервничать, думая, что там трещина, которую он не заметил – не так давно с проезжавшего мимо грузовика слетела мелкая каменная крошка, вдруг срикошетило? Но дело, конечно, было не в трещине. С того дня, как произошло убийство киевлянина, его шеф сделался мрачным и неразговорчивым, будто эти события коснулись его лично. Гена не понимал, в чем причина, с расспросами не приставал – у них с Родионом давно установились тесные дружеские отношения, лезть в душу было не принято. Захочет – расскажет сам, не захочет – и ладно. Рано или поздно все выяснится.
Любимый Генин кроссовер легко преодолевал километр за километром. В салоне было довольно тихо, и только ровное гудение под днищем напоминало о том, что машина имеет полный привод. Приобретенная для поездок на рыбалку и охоту, темно-вишневая красавица с тупым, ощерившимся вентиляционными решетками передком, служила верно, не подводила. Гена свою большую машину обожал – крупной комплекции, похожий на массивный квадратный шкаф, он не представлял себя за рулем другого автомобиля. Элегантную «ауди» Родиона, в которую едва втискивал свое большое тело, считал баловством.
Когда проехали сонное Богатое с пустой автостанцией и маленьким базарчиком, где над лотками с краснощекими яблоками и апельсинами дремали местные тетки, Родион, наконец, пошевелился.
– Гена, ты помнишь, что нам надо заехать в Тополёвку?
– Помню.
Родион снова засмотрелся в окно, Гене стало его жаль. Но, в конце концов, любой человек имеет право на меланхолию, от которой в Крыму зимой страдали все, особенно в декабре, перед праздниками. Правда, шефу меланхолия никогда не была свойственна, раньше он знал его совсем другим – веселым, спокойным, резким, раздраженным, но никак не задумчивым. И это Гену безотчетно настораживало. Возможно, грядут перемены. Вот только какие?