Убить Пифагора [litres][El asesinato de Pitagoras]

Глава 28

22 апреля 510 года до н. э

Ариадна открыла глаза, прервав медитацию. Она сидела у себя в спальне, и ее только что осенило дурное предчувствие. Не случилось ли что-то за ужином? Встревоженная, она посмотрела на дверь. Ей хотелось броситься бежать, но она сдержалась. Они договорились, что после встречи Акенон расскажет ей все, что выяснит о кандидатах. Она постаралась выровнять дыхание.

Предчувствие никуда не делось, по-прежнему разъедая душу.

Она встала и босиком прошлепала по земляному полу к двери, потом к противоположной стене. Остановилась. На полке стояла пузатая масляная лампа из черного камня с тонкими белыми прожилками. В боковом отверстии дрожал слабый огонек, чей скудный свет не успокоил ее тревогу.

— Мне не о чем беспокоиться, — прошептала она, глядя на огонек.

Что худшее могло произойти? Один из великих учителей оказался убийцей и применил силу, чтобы сбежать? В таком случае ему в одиночку предстояло сразиться с шестью мужчинами, в первую очередь с Акеноном. Даже если убийца вооружен, Акенон тоже не ходит с пустыми руками и постоянно настороже. Кроме того, он намного сильнее любого из них.

«За исключением, пожалуй, Эвандра», — напомнила себе Ариадна.

Эвандр был очень силен, никто не мог тягаться с ним в состязаниях по борьбе. Но и Акенон наверняка незаурядный боец. К тому же Ариадна была уверена, что Эвандр не убийца. Ей всегда казалось, что у него самый открытый и благородный нрав из всех великих учителей.

Она снова уселась на кровать. Несмотря на ее встревоженную интуицию, встреча, скорее всего, прошла мирно. Во всяком случае ее успокаивало присутствие на ужине Акенона. Его близость неизменно придавала ей странную уверенность. Нечто похожее она чувствовала в присутствии отца, но немного иначе. Ее лицо расслабилось, губы дрогнули в улыбке. Однако в следующее мгновение лицо снова стало серьезным. Чем ближе к ней оказывался Акенон, тем сильнее ей хотелось от него убежать.

Она снова посмотрела на дверь.

«Подожду полчаса», — пообещала она себе.

Она наклонилась вперед и пошарила рукой под кроватью. Достала спартанские матерчатые сандалии. Она купила их накануне, когда вместе с Акеноном отправилась в Кротон, чтобы повидаться с пифагорейскими представителями. Они разделились, и она встретилась с Гиперионом, отцом Клеоменида. Когда вышла от Гипериона, до встречи с Акеноном оставался еще час. Ей нужна была новая обувь, времени было достаточно, и она отправилась на рынок.

С ней были двое учеников. Они не имели права носить оружие, однако один из них в течение нескольких лет был солдатом, а другой увлекался борьбой и достиг того же уровня, что и Эвандр. Позади квартала аристократов улицы стали более узкими и неровными, а дома — более мелкими. Остались позади двухэтажные каменные постройки. В кварталах ремесленников и торговцев жилища имели каменный фундамент, но стены были сложены из обожженного глиняного кирпича. Впрочем, почти во всех имелся внутренний двор, более или менее скромный в зависимости от достатка хозяина.