Убить Пифагора [litres][El asesinato de Pitagoras]

Ариадна повернулась к отцу и упомянула о том, что накануне обсуждала с Акеноном.

— В общине принята свобода передвижения, а потому любой мог подсыпать яд в чашу. Нельзя исключить, что убийце было безразлично, кто из вас умрет, поскольку чаша попала в Храм Муз до начала встречи. Любой из вас мог из нее выпить.

Эта мысль уже приходила в голову Пифагору.

— Не думаю, что это было случайное убийство, — ответил он. — Обычно чаши всегда готовят заранее, а Клеоменид всегда сидел справа от меня. Скорее всего, тот, кто отравил чашу, знал, кому она предназначена.

— Все указывает на то, что убийца отлично разбирается в жизни общины, — сказал Акенон. — Или же он чужак, но кто-то в общине работает на него. Моя основная гипотеза заключается в том, что Клеоменид был убит, потому что вы собирались выбрать его преемником. А значит, преступление направлено против вас или же против братства в целом.

Лицо Пифагора оставалось безмятежным, но в груди у него болезненно заныло. Так случалось всякий раз, когда он думал о том, что именно он был косвенной причиной убийства Клеоменида.

Слово взяла Ариадна.

— Мы опросили членов общины, кто, по их мнению, может быть виновником. Чаще всего называли Килона, но есть много других гипотез, некоторые мы должны учесть.

Она посмотрела на Акенона, сомневаясь, стоит ли продолжать: «Возможно, я должна позволить ему самому изложить ситуацию».

Акенон уловил ее сомнения и жестом потребовал говорить дальше.

— Один из наиболее вероятных мотивов — политические амбиции, — продолжала Ариадна. — Община Кротона возглавляет пифагорейские общины, которые в последние годы распространились по всей Великой Греции. Нельзя исключить, что вождь одной из них сбился с пути и думает о том, как бы захватить власть, когда тебя не станет. Уничтожение кандидатов гарантирует, что нет сильной фигуры, которая удерживает общину в целостном виде.

Глядя в землю, чтобы не споткнуться о камень или корень, Пифагор мысленно перебирал учеников, стоявших во главе различных общин. На мгновение он остановился на Телавге, своем двадцатисемилетнем сыне, который руководил небольшой общиной в Катании. В свое время он сомневался, стоит ли его туда посылать, не слишком ли он молод для такой ответственности.

Он не был в Катании уже полгода, да и оттуда не отправляли в Кротон посольства…

Акенон прервал его мысли.

— У тебя в руках большая политическая власть, ты возглавляешь все общины, твое косвенное влияние на правительства многих городов огромно. С каждым днем, проведенным в Великой Греции, я удивляюсь все больше. Наверняка твои политические противники исчисляются тысячами как в Великой Греции, так и за ее пределами. Ты теневой правитель, однако это не мешает тебе быть одним из самых могущественных людей в мире. Даже персидский царь Дарий воспринимает тебя как своего самого потенциально опасного соперника. Правительства, которые ты контролируешь, управляют более чем миллионом людей!