Избранные произведения. IV том
- Автор: Кунц Дин Рэй
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: И. В. Вартанесян
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Избранные произведения. IV том». Краткое содержание книги:
Содержание:
Мистер убийца
Слезы дракона
Зимняя луна
Ледяная тюрьма
Темные реки сердца
Неведомые дороги
Очарованный кровью
Единственный выживший
Тик-так
Ложная память
Краем глаза
До рая подать рукой
При свете луны
Лицо в зеркале
— Нет, — сказал Джек, вытягиваясь перед Тоби, чтобы задержать ее руку, — подожди. Давай посмотрим.
— Орешек, — обратилась она к Тоби, — что здесь происходит, что за игра?
— Никакой игры. Я увидел это во сне, и во сне пришел сюда, затем проснулся и уже был здесь, и начал говорить.
— Это для тебя что-то означает? — спросила она у Джека.
— Да. Кое-что.
— Что происходит, Джек?
— После.
— Я что-то упустила? О чем все это? — Когда он не ответил, она сказала: — Мне это не нравится.
— Мне тоже, — сказал Джек. — Но давай посмотрим, куда это приведет, сможем ли мы это побороть.
— Побороть что?
Пальцы мальчика деловито клевали по клавишам. Хотя ни слова не появилось на экране, казалось, что обнаружились новые цвета и картинки, и они развивались в ритме, с которым он печатал.
— Вчера, на телеэкране… Я спросила Тоби, что это, — сказала Хитер. — Он не знал. Но он сказал… что ему это нравится.
Тоби прекратил печатать.
Цвета исчезли, затем внезапно насытились и перетекли в совершенно новые картинки и пятна.
— Нет, — сказал мальчик.
— Что «нет»? — спросил Джек.
— Не тебе. Я говорю… этому, — и к экрану: — Нет. Уходи.
Волны кисло-зеленого. Бутоны кроваво-красного расцвели в редких точках на экране, обратились в черные и снова стали красными, затем увяли, испарились, остался вязкий желтый гной.
Бесконечно мутирующий калейдоскоп усыплял Джека, когда он глядел на него слишком долго, и он понимал, как это может целиком захватить незрелый мозг восьмилетнего мальчика, загипнотизировать его.
Когда Тоби начал снова стучать по клавишам, цвета на экране пропали — они резко стали яркими снова, хотя уже в виде других пятен.
— Это язык, — тихо сказала Хитер.
Некоторое время Джек глядел на нее, не понимая.
Она сказала:
— Цвета, пятна. Это язык.
Он посмотрел на монитор:
— Как это может быть языком?
— Так, — настаивала она.
— Здесь нет повторяющихся образов, ничего, что может служить буквами, или словами.
— Я разговариваю, — подтвердил Тоби. Он нажал на клавишу. Как и раньше, пятна и цвета соответствовали по ритму с теми, которые он вводил в свою часть беседы.
— Чудовищно усложненный и выразительный язык, — сказала Хитер, — по сравнению с которым английский, и французский, и китайский просто первобытное уханье.
Тоби прекратил печатать, и ответ от другого собеседника был уездный и пенный, черный и желчно-зеленый, с комками красного.
— Нет, — сказал мальчик экрану.
Цвета стали еще более строгими, ритм более яростным.
— Нет, — повторил Тоби.
Пенные, кипящие, спиральные красноты.
И в третий раз:
— Нет!
Джек спросил:
— На что ты говоришь «нет»?
— На то, что оно хочет, — ответил Тоби.
— Что оно хочет?
— Оно хочет, чтобы я его впустил, просто впустил.
— О Боже! — сказала Хитер, и снова потянулась к рубильнику выключателя.
Джек остановил ее руку, как и раньше. Ее пальцы были бледные и холодные.
— Что такое? — спросил он, хотя опасался, что уже понял. Слова «впустить это» встряхнули его почти так же сильно, как и пули Энсона Оливера.
— Прошлой ночью, — сказала Хитер, глядя в ужасе на экран, — во сне. — Может быть, его собственные руки похолодели. Или она почувствовала его дрожь. Но она сморгнула: — У тебя тоже был этот сон!
— Только что. Я проснулся от него.
— Дверь, — сказала она. — Оно хочет, чтобы ты нашел дверь в себе, открыл ее и впустил это. Джек, черт возьми, что здесь происходит, что за ад здесь творится?
Хотел бы знать! Или, может быть, не хотел. Был более испуган этим, чем кем-то другим, с кем он имел дело как полицейский. Он убил Энсона Оливера, но не знал, сможет ли как-то потревожить этого врага, не знал, сможет ли вообще найти его или увидеть.
— Нет, — сказал Тоби экрану.
Фальстаф завыл и забился в угол, напряженный и настороженный.
— Нет. Нет!
Джек нагнулся к сыну.
— Тоби, прямо сейчас ты можешь слышать и это, и меня, обоих?
— Да.
— Ты не целиком под его влиянием?
— Только чуть-чуть.
— Ты… где-то между?
— Между, — подтвердил мальчик.
— Ты помнишь, вчера, на кладбище?
— Да.
— Ты помнишь как оно… говорил через тебя?
— Да.
— Что? — спросила Хитер, удивляясь. — Что там, на кладбище?
На экране: волнистая чернота, разрываемая пузырями желтого, протекающая пятнами красного.
— Джек, — начала Хитер сердито, — ты говорил, что ничего не произошло, когда поднялся на кладбище. Объяснил, что Тоби просто грезил — просто стоял там и грезил.