Юность императора

Во времена своей юности Буонапарте не был снобом, но и он не смог сдержать довольной улыбки. Он давно мечтал познакомиться с женщиной, чей дом посещала вся местная знать. И не только потому, что она была молода и красива и считалась местной законодательницей мод. Судя по долетавшим до него слухам, мадам Коломбье была одной из самых образованных женщин Валанса, и Наполеоне очень хотелось поговорить с ней о литературе и философии.

Первым, кого молодые офицеры встретили у валанской законодательницы мод, был де Ланс. Судя по покрасневшему загривку, бравый полковник пропустил уже не один бокал шампанского. Завидев приятелей в новенькой форме, он довольно улыбнулся.

— Совсем другое дело! — пробасил он. — Идемте, я представлю вас хозяйке!

Госпожа дю Коломбье, миловидная тридцатишестилетняя дама, встретила молодых офицеров чарующей улыбкой и познакомила их со своей дочерью Каролиной, мадмуазелью де Лорансен и госпожой Лобери де Сен-Жермен.

Буонапарте взглянул на ясную, словно майское утро, Каролину и с изумлением почувствовал, как по всему его телу пробежала теплая волна.

Ее нельзя было назвать красавицей в классическом понимании этого слова, но большие темные глаза, густые черные волосы, нежная кожа и пухлые губы придавали девушке выражение необычайной прелести.

Весь вечер он не спускал своего удивительно потеплевшего взгляда с девушки. Ему очень хотелось пригласить ее на танец, но, увы, танцы ему не давались, и, проклиная свое неумение, молодой офицер отчаянно завидовал ее партнерам, которые так непринужденно обнимали девушку за тонкую талию.

Ревнивым взглядом он успел разглядеть и то, что у Каролины было три поклонника, которые вели отчаянную борьбу за право танцевать с ней. Это были его сослуживцы лейтенанты де Менуар, Раже де Фонтаниль и Эрме де Винье.

Они наперебой приглашали девушку на кадрили и вальсы. Заметив муки молодого офицера, мадам дю Коломбье подошла к нему и с ласковой улыбкой спросила, почему он не танцует.

— Боюсь затеряться среди поклонников вашей дочери, мадам! — ответил Наполеоне.

— Если вы так свободно об этом говорите, — окинула его внимательным взглядом женщина, — значит, вы этого не боитесь… И, насколько мне известно, корсиканцы вообще ничего не боятся! Я не ошибаюсь?

— Благодарю вас! — поклонился Наполеоне.

— Вы скучаете по дому? — спросила госпожа дю Колобье, прекрасно зная, чем она может заинтересовать этого невысокого подпоручика, о чьих необыкновенных талантах она уже была наслышана.

— Да, — кивнул подпоручик, — скучаю… Мне часто снится наш остров, — проговорил он таким тоном, каким еще никогда и ни с кем не говорил во Франции, — и в своих снах я брожу по горам, купаюсь в море и дышу воздухом, с которым не сравнится ни один воздух в мире…