Новогодние неприятности, или Семья напрокат
- Автор: Гранд Алекса
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Новогодние неприятности, или Семья напрокат». Краткое содержание книги:
Демьян наклоняется, убирает упавшую мне на лицо прядь волос, а я отшатываюсь. Не нужно прикосновений этих. Я все решила.
— Нет. Я не хочу. Не могу.
Говорю глухо, как будто наелась стекла, а позади Ларина стоит его дочка и нервно кусает тонкие губы.
— Юль, ты ничего не теряешь. Я компенсирую все затраты. Да и Алиска к тебе привязалась.
Качаю головой, собираясь отказаться, только в этот момент малышка срывается с места, подлетает ко мне и обхватывает за ноги.
— Стань моей мамой, Юль. Пожалуйста!
— Алиса…
— Станешь?
— Обожаю девушек, которые не считают лишние калории и могут съесть кусок пиццы ночью.
От незамысловатого комплимента стайка бабочек снова активизируется в животе, и я шагаю легко, словно парю над полом. Правда, в эйфории я пребываю не долго. Приземляюсь жестко на землю, сталкиваясь взглядом с бывшей Ларина.
Инесса расположилась за одним из дальних столиков, и мне до одури хочется ее выгнать, пусть она и не сделала ничего плохого. Она всего навсего цедит из запотевшего стакана апельсиновый сок и о чем-то беседует с Алисой. Губы Инны накрашены привычной алой помадой, волосы собраны в причудливую высокую причёску. Ее лишенное грамма жира тело облепляет узкое синее платье, и я не могу не признать, что цвет индиго очень выгодно оттеняет ее светло-голубые глаза.
— Юль, ты побледнела. Все хорошо?
— Я в порядке.
Вру, конечно, прижимаясь всем корпусом к Демьяну, а через пару секунд его от меня оттесняет толпа однокурсников, и мне не приходится больше притворяться. В это мгновение я могу недовольно кривить губу, изрыгать мысленные проклятия и рисовать на лбу у Инессы воображаемую мишень.
Глава 18.4
— Юля, добрый вечер. Чудесно выглядишь.
Это Лебедев бесшумно подкрадывается ко мне со спины, пока я мысленно распиливаю Инну на две части, и не дает заскучать. Конкурент Ларина относится к той породе мужчин, на которых хочется смотреть и которым хочется подчиняться. Волевой подбородок, упрямые скулы и мудрость, застывшая на дне проницательных серых глаз.
Неизменная белоснежная рубашка облепляет широкие мощные плечи, букет ромашек, скромно ютившийся в его крупных руках, плавно перекочевывает ко мне, и вызывает на лице осторожную улыбку.
Я благодарна Никите за то, что обошелся без протокольного веника с меня ростом.
— Поздравляю с помолвкой.
— Спасибо.
Выдаю несмело, пока Лебедев сгребает меня в охапку, и думаю, что фотографии наших объятий непременно заполонят новостную ленту. Так уж положено у политиков — держать хорошую мину при плохой игре, имитировать дружбу с соперником, жонглировать обещаниями, словно разноцветными шариками.
— Выдыхай. У вас с Демьяном радостное событие, а ты едва не лопаешься от напряжения.
Отстранившись, Лебедев отступает на шаг и не спешит к жене и двум сыновьям, с аппетитом накинувшимся на закуски. Убедившись, что никто не слышит, он произносит негромко, но четко.
— Ревнуешь жениха? Зря. Его бывшая супруга в подметки тебе не годится.
— Но…? — прижав нежные цветы к груди, я с трудом ворочаю неповоротливым языком и не решаюсь спорить. Черное гадкое чувство, действительно, опутало меня прочной сетью.
— Как узнал? Да у тебя на лбу все написано. Выше нос, будущая Ларина. Демьяну с тобой повезло. Он не дурак, понимает.
Повергнув меня в состояние шока, Никита напоследок стискивает мой локоть и направляется к семье, я же прислушиваюсь к собственным ощущениям. Странно, но его слова вселяют уверенность и сбрасывают часть груза с плеч.
— Привет, мелкая! Когда ты успела повзрослеть?
— Какая ты у нас красавица, Люлька!
Следующими эстафету поздравлений перенимают братья. Сережка с Артемом по очереди целуют меня в щеку и дергают за бережно уложенные стилистом локоны, прямо как в детстве, отчего бусины слез застывают на ресницах. Немного неуклюжие, но такие трогательные, они желают мне женского счастья и требуют племянника, и я едва не расклеиваюсь от топящих меня эмоций.
Шмыгаю носом и смешно закусываю губу, чтобы не расплакаться. Скорее всего, напутствие от родителей я банально не вывезу и устрою посреди ресторана настоящую Ниагару.
— Здорова, парни! Я украду у вас Юлю, ладно?
По обыкновению, спасает Демьян. Пожав руки братьям, он по-хозяйски обнимает меня за плечи и ведет к столику, где сидят Инна с Алисой. Шепчет что-то ободряющее и окутывает каким-то домашним теплом.
— Потерпи немного. Отбудем официальную часть и свалим, как только Ленчик даст отмашку.
Мазнув губами по моему виску, Ларин выдвигает для меня стул, накладывает в тарелку канапе и греческий салат, наливает в стакан сок. Все это выходит у него, на удивление, гармонично и естественно. Как будто его жест — не тщательно выверенная стратегия и мой комфорт, на самом деле, много для него значит.