Мокрый не боится дождя
- Автор: Воронина Алина, Киричек Людмила
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Мокрый не боится дождя». Краткое содержание книги:
— Просто эта смерть как-то не… монтируется со всем тётушкиным обликом. Впрочем, что я говорю! Подобные мысли приходят, наверное, каждому, чьего близкого человека настигает… ну вы понимаете.
— Скажите, а вела ли она дневник? Ну как это заведено у женского пола? — поинтересовался Белозерцев.
Девушка покачала шар на ладони, словно взвешивая его.
— У писателей имеется и записная книжка, куда они вносят всякие жизненные наблюдения, — подал голос профессор.
— Если такая и была, мне о ней не известно, — произнесла Милочка и метнула шар.
— Простите, могу я задать вопрос?
— Конечно. Присаживайтесь.
Белозерцев поднялся из-за столика, чтобы предложить даме стул. Девушке в зелёном хеджабе, не заставив себя ждать, опустилась на него.
— Не подскажете, как по-арабски «шеврон»?
— Ваш вопрос не по адресу.
— Простите, но я слышала краем уха… Как вы разговаривали с приятелем… Или я ошибаюсь?
— Совершенно верно, я коллекционирую шевроны.
— Правда?! — всплеснула руками Ася, отчего колыхнулись складочки на животике. — Мой папа тоже собирает всякие там… нашивки.
Хотя Белозерцев внутренне поёжился от словосочетания «всякие там», но вида не подал. А девушка продолжала щебетать: — Не так давно ему попался шеврон египетской полиции. По крайней мере, так утверждал коллекционер. Вы ведь знаете, что есть такой сайт? Там я и наткнулась на объявление: «Обменяю шеврон египетской полиции». Конечно, я сразу позвонила. Номер телефона имелся. Питерский…
— Обмен состоялся? — нетерпеливо прервал Павел Петрович.
— У молодого человека этих самых шевронов было несколько. На какой-то заграничной свадьбе ими молодых осыпали. Короче, он предложил обменять свой на любой из отцовской коллекции. И папочка согласился. Уж больно ему хотелось заполучить египетский… Ну, сами понимаете…
— Да, понимаю, — кивнул Белозерцев, откидываясь на спинку винилового стула и приготовившись слушать до конца.
— Этот коллекционер явился в условленное время. И они сговорились. У отца имелись два шеврона белорусской милиции. Мы родом оттуда. Но отец переехал в Санкт-Петербург. Меня, кстати, Асей зовут…
— Павел Петрович.
— А потом, представьте, Павел Петрович, выяснилось, что шеврон не египетский, а греческий. На нём оливковая ветвь…
— И вы решили пуститься на поиски подлинной египетской символики, — подытожил Белозерцев, углядев, как в конце аллеи появились две фигуры — миниатюрная женская и возвышающаяся над ней мальчиковая.
— Хочется привезти сувенир.
— В таком случае рекомендую обратиться к моему другу-арабисту. Его зовут Владимир Николаевич. А теперь извините, мне пора.
И Белозерцев снялся со своего места, устремившись навстречу жене и внуку.
— А с тыла он напоминает мишку из мультика «Маша и Медведь», — резюмировала Ася, оставшись одна. И озабоченно глянула в зеркальце: в надлежащем ли порядке хеджаб?
После ужина они отправилась на прогулку — для лучшего пищеварения — как утверждала «Аби», а на самом деле противостоять лишнему весу. Нарезая с внуком круги вокруг отеля, Белозерцев мысленно пребывал в прошлом. Воскресить его побудила прозвучавшая из Милочкиных уст фамилия. Милкова. Именно такой оперативный псевдоним имелся у человека из его агентурной сети. Да, никаких там пошлых прозвищ, как в романах про шпионов, типа «Студент» или «Балерина». Никаких наворотов. Начальство предпочитало простые русские фамилии: Иванов, Петров, Сидоров. И когда та же Милкова предложила подписывать свои отчёты экзотической фамилией «Эрдель», генерал мягко, но твёрдо настоял на другом варианте.
В их первую встречу в забронированном для таких случаев гостиничном номере, она казалась мягким пластилином в их руках. Не задавая лишних вопросов, подписала согласие на сотрудничество, чем снова дала повод полагать, что уже имела дело с компетентными органами. А вот духи на 8 Марта (единственное вознаграждение за труд) принимала со смущением. Этот флакон, который она поспешно прятала в сумочку, являлся актом вынужденным: «так было надо». И вообще Милкова могла бы запросто уклониться от контактов с «конторой» — так назвал КГБ любимый Белозерцевым автор книги про советскую разведку. Однако что-то не позволило девушке совершить этот маневр? Белозерцев склонен был думать: честность. Враньё, судя по всему, доставляло ей дискомфорт. Иначе при заполнении специальной анкеты она бы непременно слукавила. Да, почему бы в графу «Имели ли вы дело с иностранцами?» не вписать — «нет»?