Электронная книга - «Невинность в расплату». Краткое содержание книги:
— Да. Моего лица и тела никогда не касался мужчина. Я готова расплатиться за ее предательство.
— Ты понимаешь, что это значит, Мария? Ты будешь никем. Даже не наложницей. Ниже, чем рабыней. Ты никогда не выйдешь замуж. Не родишь детей. У тебя никогда. Не будет. Ничего своего. И. Если. Мне не понравится. Я просто вышвырну тебя отсюда. И твоя семья никогда не примет тебя обратно.
— Я знаю.
Но лишь делаю шаг вперед. Позволяя тонкому халату лужицей упасть у моих ног. Шаг в пропасть.
Ведь теперь только от меня зависит жизнь всей моей семьи.
Но если я плюну на все и даже перестану мыться, то окончательно утрачу себя! Потеряю человеческий облик!
Скатиться вниз очень легко. Все начинается с маленьких шагов. С мелочей. С безразличия к себе.
А после от тебя самой ничего не остается.
Так учил меня отец.
И теперь эти слова перестают быть для меня пустым звуком. Я ощущаю их на собственной жизни.
Нельзя. Нельзя сломать человека. Ничем. Как бы кто-то ни старался.
Сломать себя и уничтожить может только он сам.
Вот так. Промолчав. Опустив глаза. Терпя насмешки и издевательства безмолвно. Наплевав на себя. Шаг за шагом. Мелочь за мелочью. А после ты и сам превратишься в того, мимо кого бы прежде прошла, брезгливо отвернувшись.
И я. Не позволю. Себе. Превратиться в такое!
— Душ там, — Ирма указывает пальцем на выход.
Только сейчас замечаю сразу напротив двери в эту комнату маленькую белую дверь в коридоре.
— И еще. Вы не дали мне белья.
Не хотелось бы говорить это при всех. Чувствую, как щеки вспыхивают. И все же смело, даже где-то отчаянно, вскидываю глаза на Ирму.
Да. Так и надо. Иначе и правда стану совсем бессловесной и бесправной.
Ведь именно этого ей хочется, да?
Но я буду бороться.
— А разве тебе положено белье?
Ирма грозно хмурит брови.
— Ты забыла, на каких ты здесь условиях? Или не знаешь. Что потом происходит с теми, кого приняли в дом, как выкуп? Ты всегда должна быть готова ублажать желания мужчины. Будь то хозяин, или слуги, которым после, натешившись, он отдает свою игрушку. Твое тело должно быть всегда доступно. Для всех.
Молча сжимаю зубы. Так, что они даже начинают крошиться.
Неужели? Неужели вот так?
Он не просто вышвырнул меня и забыл? Решил отдать всем? Каждому, кто захочет?
А ведь это и есть участь рабыни, вспоминаю с горечью. Да. Когда хозяин наиграется, ее отдают остальным.
Только вот об этом я совсем не думала, когда отправлялась к Багирову в спальню!
Ну… Или просто в глубине души была уверена, что именно со мной он так не поступит!
— Но Бадрид…
Разве он не должен был мне сказать, что меня ждет дальше?
— Хозяин!
Резким криком обрывает меня Ирма.
— Он для тебя хозяин, девчонка! Как ты вообще вообразила себе, что смеешь называть господина вот так, фамильярно, по имени? Будто он тебе ровня! То, что ты побывала в его постели, не дает тебе никаких прав! И не возвышает над другими! Ты просто тряпка. У него и у остальных под ногами! И не больше!
— Но он ничего мне не говорил…
Стараюсь не стушеваться. Не опустить голову и не вжать ее в плечи. Хоть и хочется.
Но нет. Сжимаю кулаки и держу голову прямо.
— Думаешь, ты значишь для него так много, чтобы он решил что-то тебе пояснять? Спустись уже с небес на землю. Ты никто. Для всех. Никто с тобой цацкаться не будет!
Вот так. Хлестко. Каждым словом, как пощечиной.
— И да. Чуть не забыла. Это — твое.
Она швыряет мне чуть ли не в лицо противозачаточные таблетки.
Все взгляды, как и на кухне с утра, прикованы к нам. Тишина такая, что слышны, кажется, даже мысли.
— Приказа отменять их не было. Так что, девочка, как видишь, хозяин отдал тебя в общее пользование. Вряд ли иначе ты оказалась бы здесь. Хотя… Может, пару раз еще и вызовет к себе. Удовлетворить свои потребности. Так что продолжай пить противозачаточные. Иначе плод из тебя наживую будут вырезать. В твоих же интересах. А я буду контролировать. Не надейся, что если забеременеешь, хозяин расчувствуется и оставит тебя при себе.
28 Глава 28
Ловлю на лету эти проклятые таблетки. Опускаю в карман, теперь уже просто полыхая багровой краской. Так, что кожу лица и шеи жжет. Сгораю от стыда.
Может, раньше девочки только предполагали, что я сплю с их хозяином. Теперь же об этом они знают наверняка. И этого уже не исправить! Как кто-то после такого бесчестия станет относиться ко мне нормально? Даже Лора. И та. Бледнеет. И смотрит на меня совсем иначе.
И вдруг догадка пронзает, словно вспышкой.
Это было с ее дочерью?
Алма пыталась удержать Бадрида, забеременев?
Очень возможно, иначе откуда в каждом слове Ирмы столько злости? Столько яда!
Она разворачивается, бросив напоследок строгий взгляд на остальных служанок и уходит. А я так и остаюсь стоять посередине комнаты. Сама не замечаю, что судорожно впиваюсь рукой в пластинку с таблетками. Так сильно, что даже костяшки побелели.