Я – бездна [litres][Io sono l'abisso-ru]

Охотница же думала об этом каждый раз, когда возвращалась в свое убежище.

Прежние знакомые спрашивали себя, как после того, что случилось, она решилась переехать именно сюда. Но через пять лет перестали задавать вопросы. Старые друзья больше не появлялись. Ей не за что было их упрекнуть — наверное, она бы вела себя точно так же. У нее была Памела, но с ней они подружились уже после. Никому не хочется общаться с человеком, соприкоснувшимся со смертью, особенно в результате столь жестокого убийства, что объяснить произошедшее невозможно. Охотница и сама постоянно чувствовала, что от нее словно пахнет кровью. Этот запах отталкивал всех, кроме мух.

Она открыла дверь цокольного этажа и заметила в щели для писем какой-то пакет. Вытащила его, включила свет.

Похоже, бывший муж сдержал слово.

Охотница положила пакет на стол и бросилась в туалет. Весь день она провела на озере и, подъезжая к дому, едва сдерживала позывы. Раньше за рулем у нее получалось разложить по полочкам свои мысли. Опорожняя мочевой пузырь, она подумала, что оставался последний вариант, после которого о случае с рукой и красным ногтем нужно забыть.

Как говорил ее психотерапевт, грустных людей всегда притягивают детали, невидимые другим. Пожалуй, тут он был прав, потому что навязчивых идей в ее жизни было предостаточно. Кажется, только на этом их мнения и сходились. Терапия не приносила облегчения, но она продолжала посещать терапевта, надеясь, что, если она начнет сходить с ума, специалист это вовремя заметит.

Сойти с ума она боялась больше всего на свете.

Закончив с отправлением потребностей, она оторвала кусок туалетной бумаги от рулона, чтобы подтереться. Натянув джинсы, нажала клавишу спуска воды. Проходя мимо зеркала, замедлила шаг.

На нее смотрело грубое, неженственное лицо, и она спросила себя, когда же она перестала ухаживать за собой, наряжаться, прихорашиваться. И дело было совсем не в возрасте — в конце концов, что такое пятьдесят три года?.. Просто в нее как будто вселилось нечто гадкое. Оно устроилось где-то внутри и не собиралось покидать нору. Вот почему, глядя на себя в зеркало, она видела не только свое отражение, но и это существо, питавшееся ее болью. Она вспомнила, как нынче выглядит Ринальди. В нем тоже поселилось это нечто, не иначе.