Дочери Лота и бездарный подмастерье. Часть 2
- Автор: Шарвадзе Бадри Амвросевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Дочери Лота и бездарный подмастерье. Часть 2». Краткое содержание книги:
Часть книги отведена рассуждениям Подмастерья о древнейшем искусстве на основе библейского сюжета о дочерях Лота.
Содержит нецензурную брань.
Аколазия сидела у стола и курила. Видно было, что она только что закурила, и пока докурит, появится шанс раскрепостить, может, вовсе и не нуждающихся в этом молодых людей.
– Фенер говорил вам о наших условиях?
– Да, – ответил один из клиентов, и, подойдя к Подмастерью и повернувшись спиной к своему дружку и Аколазии, полушепотом сказал:
– Деньги мы отдали Фенеру!"
С получением этой информации положение Мохтериона полностью определилось, и через секунду он уже прикрывал за гостями дверь залы, благословляя в душе молодость, деревенский быт и здоровый образ жизни на свежем воздухе.
XI
Руку за деньгами Мохтерион протянул, еще не войдя в свою комнату. По крайней мере, так ему показалось. Фенер, увидя своего давнего друга, выложившего всего себя на ладонь, хотел было внести немного игривости и изобразил на лице недоумение, но не получил поддержки, ибо Мохтерион был не прочь пошутить по любому поводу, кроме денег. Последнее достижение Фенера в его по-человечески понятном намерении состояло в недодаче нужной суммы старому другу и в разыгрывании из себя простака, но упорное нежелание хозяина дома заметить и оценить усилия друга быстро свело на нет и это намерение.
Полученная сумма согревала душу, и у Подмастерья открылось второе дыхание. Они поговорили о погоде, о том, что лето на исходе, а затем разговор перешел на общих знакомых, на былые увлечения. Не были обойдены и достопамятные школьные события. Время прошло незаметно.
Подмастерье испытал немалое удовольствие от соприкосновения, казалось бы, с совсем недавним, но безвозвратно миновавшим прошлым, и ему снова захотелось искренне поблагодарить Фенера за радость общения, но он не довел свое желание до осуществления. Когда Вибик и Детримент вышли из залы, Подмастерье посмотрел на них иными глазами, не только из-за разницы в их положении до пользования услугами дома и после него, но и потому, что его непроизвольно надменное отношение к их происхождению было потрясено в своих основах сообщенной ему информацией, что в лице Вибика и Детримента родина будет иметь двух будущих историков, готовых грудью постоять за нее.
Конечно, их меньше всего можно было винить в том, что именно истории в собственном смысле у их народа-то и не было, а была нескончаемая вереница насильственных пристегиваний то к одному соседу, то к другому, то к третьему плюс постоянные междоусобицы при каждом ослаблении надзора или в промежутках между сменами. Но в том, что мышиная возня воодушевляла и из котов делали сильнейших и непобедимых зверей, была своя неповторимая романтика, если и не имеющая ничего общего с образованием, то успешно заменяющая его на жизненном поприще внесением в действия ее носителей необходимой дозы самоуверенности.
Памятуя о том, что Аколазия собираласъ выйти из дома, он извинился перед Фенером и молодыми людьми и вышел в залу в надежде застать ее там. Действительно, она уже собрала белье и подправляла покрывало на диване.
Он положил сумму, причитающуюся ей, с вычетом квартирной платы за последние дни, и хотел выйти, так и не проронив ни слова, но в последнюю секунду не выдержал и нарушил молчание:
– Гвальдрина ты оставляешь?"
В его голове мгновенно прокрутились сле дующие озвученные кадры, например: “Да, за ним присмотрит Детерима”, после которого ей следовало нанести удар побольнее. Или: “Могла бы оставить нас разочек одних”, или же “Смотреть в будущее следует не повора – чиваясь спиной к прошлому, а тем более прикрывать ею его”. Но Аколазия пре рвала его мысли.
– Детерима еще более капризна, чем он. Я беру его с собой.
“Догадалась, значит, не мешать доброму Мохтериону”, – подумал он, но то, что последовало, можно было сравнить с ударом молнии.
– Она сегодня вечером занята. У нее свидание, – добавила она так, будто то, что она не придавала никакого значения своим словам, должно было возыметь то же самое действие на
слушателя.
“Не из-за меня, значит, столь желательная “поправка”. Ну и недотрога наша Детерима! Впрочем, хорошо, что я сболтнул на радостях о моих намерениях касательно ее сестры”, думал он и тщетно пытался найти в том, что узнал, отправную точку для радостных переживаний.
– Когда же она успела?
– Спроси у нее. Извини, я спешу.
– Будь осторожна, – вырвалось у него невпопад и даже вопреки своему желанию.
Он поспешил к оставленным гостям, которые, видимо, уже тяготились более не нужным пребыванием в доме и, не испытывая больше свое терпение, попрощались с ним.