Враг моего сердца

— Как скажет княжич, так и будет, — бросила она, отступая.

Всё ж не отправлять её теперь одну обратно в Велеборск. Пусть попытается оправдаться, если и правда сожалеет о сделанном. Елица вздохнула, крепче сжимая в ладонях согретый теплом рук горшочек. Вокруг шеи до сих пор словно верёвка пеньковая вилась, и слабость во всём теле не давала забыть о пережитом недуге. Она кивнула Брашко и вышла за ним во двор, оставив взбужораженных кметей шуметь, осуждая поступок челядинки. А та, испугавшись, поторопилась следом.

У самой избы они едва не столкнулись с Леденом. За ним спешил невысокий, крепко сбитый мужчина, что-то на ходу ему объясняя. По тому, как он был одет, по добротному мечу, что висел у его пояса вместе с ножом, уж можно было догадаться, что не из простых оратаев. Может быть, кто из старейшин или из дружины местной десятник. Завидев Елицу, княжич поднял руку, останавливая поток слов, что изливался из уст его сопровождающего. Тот быстро закрыл рот и вперился в неё, а через миг расплылся в улыбке.

— Здрава будь, княженка, — он поклонился почтительно да не так низко, как кланялся бы её отцу.

Она наклонила голову в ответ, старательно запахивая платок, ещё не завязанный толком.

— Ну, что ты решила? — Леден окинул её суровым взглядом. — Оставишь Миру при себе? Или другую спутницу тебе здесь найдём?

— А разве эта тебе уже надоела? — не удержалась она от колкости. Глаза княжича вмиг заледенели, словно родник морозной ночью. — Не надо другую. Уживёмся как-то.

Леден хмыкнул, покривившись, и всё его выражение лица как будто говорило: я так и знал. Мягкой её считает и доброй слишком. Может, оно так и хорошо?

— И что? Просто так ей всё спустишь? Если бы мазь та не закончилась, да не случилось тут Жданы, так она и отравила бы тебя насмерть, бестолочь.

— Наказать её можешь так, как нужным посчитаешь, — Елица с трудом заставила себя произнести это.

Княжич вдруг осклабился недобро. Переглянулся с мужем, что так и стоял рядом.

— А чего это я вместо тебя наказывать её буду? — резанул его голос издёвкой. — Я в каты тебе не нанимался. Княжить хочешь в Велеборске, а значит, и силы имей карать тех, кто против слова твоего идёт. Да жизнь твою и в куну не ценит.

С этими словами он вместе со своим спутником скрылся в избе. А Елица так и уставилась ему вслед, зная, что он прав. Самой нужно что-то решать. Вся сущность её противилась наказанию челядинки, но и понимала она, что это необходимо. Всё ж до беды она могла довести, то ли по злости, то ли по незнанию. А вышло бы всё равно плохо. И коли попустить такой проступок, дальше от безнаказанности только хуже может сделаться, как бы сейчас Мира ни плакала и ни причитала.

Брашко проводил Елицу до избы, что для неё предназначалась. Прежде чем она успела зайти в сени, придержал её за локоть, шепнул:

— Позвать кого из кметей Доброги? Приказ отдашь?

Она кивнула благодарно: всё ж отрок у Ледена гораздо более понимающий, чем он. Скоро зашёл Прислав — воин из велеборской дружины — выслушал не слишком смелый приказ о наказании Миры с таким видом, будто заранее всё знал. На душе стало немного легче, хоть и прознает всё равно княжич о её слабости.