Флот судного дня [litres]

Так, худой мир лучше хорошей войны. Дети разных народов, мы мечтою о мире живем. Попробую установить аудиоконтакт:

– Здравствуйте, приятного аппетита.

– Подойдите ближе, чтобы мы могли лучше познакомиться, – незамедлительно отозвалась тварь, не отрываясь при этом от еды; такое впечатление, что звук выходил у нее со стороны спины.

Так, мне самое время выруливать назад или вечер перестанет быть томным.

– Всего хорошего, извините, я спешу.

– Не уходите! – Тварь внезапно перешла на визг и прямо из сидячего положения прыгнула на меня. Промахнулась, по счастью, шмякнувшись о плоскость шпангоута – я, несмотря на задумчивость, вовремя увильнул, рефлексы не подвели. Оказывается, у меня есть рефлексы – чем не повод для оптимизма.

Животные обычно не охотятся, когда у них и так добыча в лапах. Значит, это не совсем животное – большой повод для пессимизма.

Тварь в стремительном перекате поднялась на ноги – жилистые, с приподнятым от пола пяточным суставом – и снова направилась ко мне, отрезав мне путь назад. Она не только настоящая, да и вдобавок упоротая!

– Стой, стрелять буду! – Мой гневный окрик не произвел на нее впечатления. Что бы еще такого киношного сказать? Ничего путного в голову не приходит. Учебные пособия рекомендуют посмотреть дикому зверю прямо в глаза, после чего он просто обязан стушеваться и заскулить. Но у этого монстра и глаз-то не видно.

Я выстрелил в тварь из своего арбалета – и смазал. Похоже, целеуказатель подводного ружья, который выводится на дисплей очков, ничего толком не указывает, потому что продавец-зараза меня нагрел.

Я сиганул через рамный шпангоут, сильно ударившись животом о стальную кромку – блин, надо было худеть своевременно. Но вслед за мной сиганула и тварь.

Нога запнулась об обрезок трубы. Никаких размышлений, беру ее в виде оружия. И когда монстр снова прыгнул, я вильнул в сторону и нанес ему удар трубой по башке, сильно вдавленной в плечи. А когда он завалился набок – ударил словно копьем, вглубь «цветка». Створки грудных челюстей хрупнули, пытаясь разгрызть трубу и… тварь вроде подавилась. Причем я, по сути, не виноват, она сама напросилась.

А вот еще одно открытие. Труба-то осталась от нашего второго пропавшего работяги, на ней и клеймо компании «Чжен Хэ Маритим». Значит, Прыг-Прыг не бросился в воду, а пошел внутрь, с этой железякой в качестве оружия. Ну, кретин; хотя, может, за друга хотел отомстить? Впрочем, и я сам кретин не меньший. Точнее, больший, я же ему начальник и незачем мне было мстить за двух остолопов. Надо было, сфоткав первое же чудище, спешно мотать назад, а я, вместо этого, стал выяснять правду-истину.