Волчий пастырь. Том 1 [СИ]

Глушитель – понял я, когда кабанчик с финальным громким хрустом чуть взбрыкнул задом, рокот двигателя стал многократно громче, а сзади в зеркалах мелькнула отвалившаяся деталь. Словно дикий и необъезженный зверь серебряный мобиль теперь несся по улице, разгоняя ревом мотора случайных прохожих.

Одинаковые коробки как-то вдруг кончились, и вокруг теперь расстилались парки. Так, и где я? Кратко осмотрелся, узнал ограду и понял, где: слева – парк Марии-Терезы, по которому я в прошлой юности исходил все дорожки, что с компаниями друзей, что с приятными дамами.

Место знакомое, и возможное решение меня озарило простотой и наглостью. Дороги я знаю? Нет. Парк я знаю? Да. Значит, что нужно делать? Правильный ответ!

Серебряный кабан, ревя мотором, спрыгнул с асфальтовой дороги и оставляя за собой шлейф поднятой пыли и гравийной крошки, пронесся по второстепенным аллеям парка. Я непрерывно сигналил, и без зазрения совести орал в открытое окно, чтобы челядь уступила дорогу, потому что тачанка Кастельморов едет. Без боязни привлечения к ответу – вот если бы я сообщал, что едет Кастельмор, это было бы ложью и совсем неэтично.

Такие тонкости дебоша в цивилизованных городах варгрийские варвары впитывают с волчьим молоком матери: так, что и страшно рядом с ними находиться, и к ответу не привлечешь. Это любой римлянин и септиколиец про нас знает.

Раз за разом поднимая ставки уровня веселья, о последствиях, для себя, я совершенно не боялся: Кастельморы первые начали. И машина с их гербом, так что много платить и искреннее каяться магистрату, возмещая ущерб гражданам Равенны, предстоит не мне, а им и только им. Конечно, Кастельморы могут инициировать разбирательство призвав имперского арбитра, но тогда и мне, и Филиппе дадут слово – а вот этого им определенно не нужно. Тогда мне у Кастельморов ведь и подробности организации дуэли можно будет спросить при арбитре. А это – я уверен, ну очень неудобные вопросы для них.

Проще заплатить, восстановить и покаяться.

Проскочив через горбатый мостик (на нем впервые вполне целомудренно поцеловался с европейкой из пансиона благородных девиц, кстати, имени только ее уже не помню), я вырулил на главную аллею, и выехал через парадные ворота парка на магистраль. Здесь ударил педалью в пол, разгоняя машину.

Мимо замелькали зеленые изгороди, высокие заборы, массивные ворота особняков: почти приехали. Цель была совсем рядом – особняк Кайдена, как помню примерно, вот за этим лесопарком. Вот только доехать туда я не смог – двигатель вдруг сипло кашлянул и замолчал. Как отрезало.

Выкрутив руль затихшего и теперь безжизненного стального кабана, растерявшего всю мощь, я съехал на обочину. В тишине слушая, как хрустит гравий под колесами. И вспоминая, как услышал и ощутил звук удара, от которого машина дернулась.

Стреляли. Причем из чего-то серьезного. В двигатель. Прикинув как именно дернулась машина, я выкрутил руль и на остатках инерции скорости загнал машину в небольшую канаву, встав задом по направлению стрельбы.