Волчий пастырь. Том 1 [СИ]

Учитывая, что в покое меня скорее всего оставлять не собираются.

Под это дело я даже написал Десмонду просьбу отправить мне десяток варгрийских всадников – в усиление охраны особняка. Пусть идиотов, чтобы попробовать убить рекрута Корпуса найти непросто, но… Так спокойнее будет. Я не Бланшфор, выглядеть глупым в осторожности не боюсь.

Филиппа пришла ко мне в спальню ночью, далеко за полночь. Я еще не спал и даже не собирался – лежа на спине и глядя в потолок думал о будущем, прошлом и настоящем. И в полной тишине, окутавшей особняк, услышал шаги баронессы еще из коридора.

Подойдя к двери, Филиппа постояла немного, потом осторожно взялась за ручку и приоткрыла дверь. Зашла, закрыла дверь за собой. Послушала мое дыхание. Я при этом специально задышал громко и ровно.

– Кайден, милый… ты спишь?

Хотелось ей ответить: «Да», но я сдержался. Продолжил ровно и глубоко дышать. Делая вид, что сплю. При этом, конечно же, наблюдая за ней из-под опущенных ресниц.

Филиппа повела плечами, сбрасывая халат и оставшись полностью обнаженной. Да, не зря ее во всех мужских салонах обсуждают – тело, подсвеченное зеленым сиянием короны Юпитера, выглядит просто божественно, вот до мурашек по спине.

Слушая мое ровное дыхание, Филиппа постояла немного, потом осторожно присела на кровать. Мягко и грациозно опустилась ниже, забираясь под одеяло. Практически бесшумно потянулась, как кошка, и прильнула ко мне холодным, но таким соблазнительным телом.

– Кайден, мне страшно одной… можно я полежу с тобой? – зашептала она мне на ухо, едва-едва касаясь губами.

Отвечать я снова не стал. Но и без движения больше не лежал – забормотав что-то невнятно, отвернулся от нее и лег на бок, подбирая одеяло.

Филиппа, замерев, подождала немного. Потом практически бесшумно снова подвинулась ко мне, обнимая со спины. Прижалась тяжелой грудью и бедрами, горячо задышала мне в шею. Несколько секунд подождала, потом начала меня целовать – опять едва-едва касаясь губами.

Мне, в принципе, нравилось. Но когда горячий и уже требовательный язык скользнул по плечу к шее, зубки закусили мочку уха, а рука баронессы скользнула мне по животу и дальше вниз, я снова дернулся. Сонно-возмущенно невнятно промычал (на самом деле это была непечатная фраза на родном варгарианском) и снова отстранился.

Конечно, молодое тело на близость баронессы уже давно среагировало. Да и будь мое тело старым, как традиции Сената, думаю реакции это бы не помешало – от Филиппы исходила невероятная притягательная сила; я такую чувствовал только у… ладно, отставить, не вспоминать, а то ведь не выдержу.

Тем более что ничего не мешало мне сейчас «проснуться» и обернуться. Но я же не вечно-голодный приверженец из паствы Приапа, не пропускающий вниманием не то что любую деву, но даже и дуплистое дерево, и не озабоченный семнадцатилетний юнец…