Идеальные звёзды

Вскоре появляется мрачный сержант Юхас, оглядывает нас исподлобья и раздражённо тычет рядового в плечо – мол, совсем охренел, скакать в наушниках под генеральской дверью?! Поникший Фергюссон выключает музыку.

Ровно в семь утра дверь приёмной распахивается, и сосредоточенный помощник генерала Сикорски указывает нам на дверь кабинета.

Переглянувшись, мы обречённо топаем на казнь. Я, конечно, первый, как же хорошо быть офицером.

Как только мы заходим и Фергюссон закрывает дверь кабинета, генерал грохочет без всякого разгона:

– Что за пиздопляску вы устроили вместо показательной операции?!

Он вскакивает из-за массивного стола и подлетает к нашей торопливо строящейся шеренге: рядовой ближе всех к двери, дальше сержант и, наконец, я. Прям по росту. И поскольку я самый высокий – если скосить глаза, то мне всех видно.

– Не выполнили задачу! Потеряли четверых! Четверых, сука! – да, когда Главный орёт прямо в лицо, недолго и оглохнуть. – И чтоб совсем заебать меня до смерти – не подчинились приказу командира! Все пойдёте к хуям под трибунал! Ты, рядовой! Давай, начинай!

Фергюссон выпаливает бодрой скороговоркой:

– Операцией командовал капитан-майор Блэйк. Мы подчинялись всем его приказам, а далее действовали в соответствии с алгоритмом спасения раненого.

Генерал Сикорски останавливается перед ним: лоб опущен, глаза налиты кровью – ну чисто бык, готовый броситься.

– Система капитан-майора подала сигнал о прекращении жизнедеятельности. Командование перешло к следующему по званию. А ты ослушался его прямого приказа!

Фергюссона откровенно потряхивает, но голос звучит по-прежнему уверенно:

– Лейтенант Смит оказывал капитану помощь. Мы обеспечивали прикрытие в соответствии с инструкцией.

Его взгляд на мгновение прыгает вправо, в сторону сержанта – наверняка именно тот отдал рядовым приказ прикрывать нас с Сином. Однако Фергюссон не говорит об этом. Насколько всё-таки нынешнее подразделение лучше того гнилья, что было перед этим.

Главный, ясное дело, тоже понимает, откуда тут ноги растут, поэтому разворачивается к Юхасу, на скулах которого ярко выделяются пятна румянца.

– А ты, блядский урод, что скажешь в своё оправдание?! Наставил оружие на своих, ёбаное ты чмо! Мне даже удивительно, что только на пилота, а не на командира – на месте бы пристрелили, да и правильно!

Хренасе. Значит, это сержант задержал взлёт корабля. Так вот почему он просил передать Сину всё это. Я тогда и не сообразил, а это было прощание. Ну да, ситуация для него – пиздец.

Юхас не отвечает, и генерал тычет его кулаком в грудь – видно, что ему хочется сделать это гораздо сильнее.

– Что молчишь, гад, хуем подавился?! Соври, блядь, что-нибудь! Мне одному за вас сочинять?!

Сержант сжимает зубы на пару секунд, но наконец выдаёт:

– Капитан-майор Блэйк был жив, и мы должны были дождаться его эвакуации. Не знаю, как там в четвёртом батальоне, но мы своих не бросаем.

Главный рычит на него снизу вверх:

– И с какого хера ты это взял?! Даже в записи слышно, что его система подала сигнал о смерти, а у вас – «жив»!