Николай II
- Автор: Широкорад Александр Борисович
- Год: 2013
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-222-20737-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Николай II». Краткое содержание книги:
Об этом и многом другом читатель узнает из книги историка А. Б. Широкорада «Николай II».
У царя и охранки был и другой очень простой путь предотвратить шествие рабочих 9 января. Кто такой Георгий Гапон? Студентом третьего курса Духовной академии Гапона пригласили служить священником и законоучителем в Ольгинском доме для бедных общества Синего Креста, по вскоре изгнали за «высокомерие, распущенность и нечистое ведение денежных дел». Оставшегося без гроша попика осенью 1902 г. пригласили на Фонтанку, 16, в Департамент полиции, где его принял начальник Особого отдела полковник Зубатов.
Гапон получил место священника при петербургской пересыльной тюрьме. Кроме того, 100 рублей в месяц ему регулярно выплачивал Департамент полиции. С ведома своего начальства Гапоном создается «Собрание русских фабрично-заводских рабочих». Позже высшие чины полиции оправдывались, что-де Гапон перед шествием 9 января вышел из повиновения и организовал это шествие в инициативном порядке. Предположим, что это так. Но что делают разведки и контрразведки всего мира, когда агент выходит из повиновения? Правильно. Убирают его. Достаточно было передать расписки Гапона и прочую документацию «творческой интеллигенции» или рабочим, чтобы труп попа оказался в Неве или в Мойке, а день 9 января в Петербурге ничем бы не отличался от воскресенья, скажем, 16 и 23 января.
И коммунисты, и монархисты предпочитают замалчивать факт сопровождения колонн манифестантов на первом этапе шествия конными полицейскими. Ну прямо как в самых демократических странах — полиция охраняла разрешенную демонстрацию. Между прочим, позже эти полицейские попали под пули солдат-гвардейцев, и были, по крайней мере, раненые.
Так что события 9 января были не следствием патологической жестокости Николая II, а следствием бардака, заведенного им в управлении Российской империей. Каждое ведомство вело свою политику в своих собственных интересах. Спецслужбы полностью вышли из-под контроля и царя, и министра внутренних дел.
Любопытно, что никто из историков не обратил внимания на военно-технический аспект событий 9 января. В каких конкретно рабочих стреляли наши доблестные гвардейцы? Большинство рабочих было с Путиловского завода, и непосредственным поводом для шествия было ущемление прав рабочих администрацией оного завода. Кроме того, в шествии приняли участие рабочие Петербургского металлического, Обуховского и других оборонных заводов.
Между работой тыла в Великой Отечественной и Русско-японской войне есть огромная разница. В первом случае на оборону работала вся страна, а во втором — десяток петербургских заводов и несколько отдельных заводов в других районах страны (один в Туле, один в Перми и т. д.). Как уже говорилось, финансовое положение России к февралю 1904 г. было прекрасным. С началом войны русские военные агенты носились по всему миру и кидали буквально налево и направо миллионы золотом. Сколько, к примеру, получил известный авантюрист «французскоподданный» Базиль Захаров за пушки Виккерса и снаряды к ним, которые так и не попали в Маньчжурскую армию? Для «оказания помощи Порт-Артуру» какие-то умники купили в Германии 36 пушек калибра 8,8 см с 25 тысячами снарядов к ним и двадцать 10-мм пулеметов, а для перевозки этого оружия купили пароход «Ангальт». За все было уплачено 2,5 млн рублей. Всю войну сей пароход простоял на Филиппинах. И таких эпизодов можно привести не один десяток.
Казалось бы, при таких тратах на войну не грех удвоить, а лучше утроить жалованье рабочим на десятке оборонных заводов и организовать там трехсменную работу[69]. Но Николай II был хозяином «скотского хутора» и считал, что соседям-хуторянам надо за все платить, а его собственная «скотина» должна работать «за так». Мало того, реальная зарплата рабочих упала на 60–70 % в связи с вызванным войной подорожанием продовольствия.
В результате беспорядков 9 января и последовавших затем забастовок рабочих был поставлен крест на многих военных заказах. Так, например, мощные 122-мм полевые гаубицы образца 1904 г. Путиловский завод планировал сдать в марте-апреле 1905 г., а из-за забастовок и к 1 января 1906 г. не сдал ни одной гаубицы.
Не обратили внимание наши историки и на еще один вроде бы малозначительный факт. Расстрел рабочих 9 января вела не полиция, а гвардейские полки. И уже через несколько часов после начала стрельбы толпа на Невском начала вытаскивать из саней и колясок проезжавших офицеров и нещадно бить их. Причем били не рабочие, а респектабельно одетые люди.
Поражение в войне и участие офицерства в расправах над собственным населением вызвало жгучую ненависть к «золотопогонникам». Определенную лепту внесло и наглое поведение гвардейских офицеров. Спору нет, и при предыдущих императорах гвардейцы не давали прохода женщинам и безнаказанно оскорбляли мужчин даже из высших слоев общества. Но Николай II стал открыто поддерживать беспредел. Вот, к примеру, в дорогой петербургский ресторан «Медведь», где ужинали богатые студенты, вошел офицер Окунев и потребовал, чтобы все встали и выпили за здоровье Николая II. Все встали, но студент Лядов был сильно пьян и спал, опустив голову на стол. Окунев достал наган и в упор расстрелял студента. Студент сей не только не был революционером, а оказался любимым племянником известного композитора А. К. Лядова, который к тому же был профессором Петербургской консерватории и Придворной певческой капеллы. А. К. Лядов потребовал суда над убийцей, но Николай II велел закрыть это дело.
Другой офицер соблазнил молоденькую актрису. Нравы тогда были совсем иные, нежели сейчас, и актриса предложила офицеру на выбор или венчаться, или оставить ее навсегда в покое. Господин офицер выбрал третий вариант: достал браунинг и разрядил обойму в девушку. И на сей раз император приказал не давать ход уголовному делу.
Поэтому не надо удивляться, что в революционные годы граждане с удовольствием распевали частушки: «Офицерика-голубчика прикокошили вчера в Губчека». Сейчас модно ругать ВЧК — ОГПУ — НКВД, но риторический вопрос — сколько «голубчиков» прикокошили матросы в Кронштадте в феврале — марте 1917-го, когда все вожди большевиков имели алиби в Женеве, Нью-Йорке, «во глубине сибирских руд» и т. д.? Сколько «голубчиков» убили петлюровцы, финны, кавказцы, махновцы и др.?
Ненависть к «золотопогонникам» была столь велика, что советское руководство решило ввести погоны лишь после Сталинградской битвы. А истоки этой великой ненависти восходят ко времени Русско-японской войны.
ГЛАВА 1 3
ПРЕДВОЕННЫЕ АФЕРЫ
Как рыба гниет с головы, так и все великие империи начинали разлагаться со столицы. Вспомним Рим IV века, Константинополь начала XV века. Нечто подобное происходило и в Петербурге в 1912–1914 гг. Понятно, что лучше современника об этом никто не скажет: «В последнее десятилетие с невероятной быстротой создавались грандиозные предприятия. Возникали, как из воздуха, миллионные состояния. Из хрусталя и цемента строились банки, мюзик-холлы, скетинги, великолепные кабаки, где люди оглушались музыкой, отражением зеркал, полуобнаженными женщинами, светом, шампанским. Спешно открывались игорные клубы, дома свиданий, театры, кинематографы, лунные парки. Инженеры и капиталисты работали над проектом постройки новой, не виданной еще роскоши столицы, неподалеку от Петербурга, на необитаемом острове.
В городе была эпидемия самоубийств. Залы суда наполнялись толпами истерических женщин, жадно внимавших кровавым и возбуждающим процессам. Все было доступно — роскошь и женщины. Разврат проникал всюду, им был, как заразой, поражен дворец»[70].
Это писал граф Алексей Николаевич Толстой. А теперь обратимся к воспоминаниям великого князя Александра Михайловича: «Все в Петербурге было прекрасно. Все говорило о столице российских императоров.
69
К примеру, когда в 1950–1952 гг были серьезные проблемы с наладкой РЛС в системе ПВО «Беркут» под Москвой, то начальство настолько повысило расценки, что один умелец, кстати, с 8-классным образованием, за месяц заработал на два автомобиля «Победа».
70
Толстой Л. Н. Хождение по мукам. Т. I. — М.: Известия, 1983. С. 7.