Марина Цветаева. Рябина – судьбина горькая
- Автор: Сенча Виктор Николаевич
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-907351-30-1
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Марина Цветаева. Рябина – судьбина горькая». Краткое содержание книги:
Как часто бывает в историях, в которых фигурируют большие деньги, испанские сокровища кое-кому не давали покоя. На сей раз золото стало настоящей головной болью для Сталина. Генсек негодовал: если верить агентурным сведениям, начали предавать самые преданные! Кто-то ворует, кто-то – откровенно шантажирует. Везде требуется внимательное око Хозяина, без этого – никак! Куда ни посмотри – везде «враги народа», вредители да изменники…
Весной 1939 года из французской резидентуры НКВД поступил сигнал: часть испанского золота разворована. Якобы разбазарили свои же агенты. Секретная шифровка тут же легла на стол Сталину. Генсек вызвал Берию – и закрутилось…
Однако на запрос из Москвы последовал довольно гневный ответ шефа испанской резидентуры Наума Эйтингона («Генерал Котов», «Том», «Пьер»):
«Я не бухгалтер и не клерк. Пора Центру решить вопрос о доверии Долорес Ибаррури, Хосе Диасу, мне и другим испанским товарищам, каждый день рискующим жизнью в антифашистской войне во имя общего дела. Все запросы следует переадресовать к доверенным лицам руководства ЦК французской и испанской компартий Жаку Дюкло, Долорес Ибаррури и другим. При этом надо понять, что вывоз золота и ценностей проходил в условиях боевых действий».
Вот так, правдиво, доходчиво и кратко. Чем не сводка с передовой?
Получив ответ, Берия вызвал помощника начальника ИНО НКВД Павла Судоплатова и приказал «разобраться на месте». Захватив пару опытных ревизоров, тот отправился в Гохран. Когда после двух недель тщательной проверки старший из ревизоров (некий Берензон, бывший главным чекистским бухгалтером со дня основания «конторы») доложил, что «всё тютелька в тютельку», отправились к Берии. Уже вечером нарком был у Сталина.
– Это золото – наше! – выдавил из себя бывший не в духе генсек. – И мы никому не позволим его разбазаривать…
Потом походил по кабинету, вновь раскурил трубку и лишь тогда спросил:
– А как решается вопрос с этим… с Орловым?
Берия весь поджался и нарочито бодро ответил:
– Работаем, товарищ Сталин. От нас не уйдёт, достанем…
– Найти, но пока не трогать, – приказал генсек. – Да, и с матери его глаз не спускайте.
Сталин затянулся, и в отсвете вспыхнувшей «Герцеговины Флор» на вытянувшегося перед ним собеседника стрельнули полные злобой глаза.
В последние дни от одного слова «Орлов» Иосиф Виссарионович, и без того не отличавшийся добрым нравом, буквально терял голову. В такие минуты вызов в кабинет генсека никому не сулил ничего хорошего…
Война разведок, начавшаяся на испанских фронтах, где шла ожесточённая Гражданская война, постепенно перемещалась в другие европейские страны.
После освобождения в мае 1935 года от обязанностей начальника ИНО ГУГБ НКВД СССР Артура Артузова, который сосредоточился на работе в Разведывательном управлении (Разведупре) РККА, началась постепенная ротация зарубежных агентов. 1937 год явился самым напряжённым в деятельности зарубежной разведки. С приходом в иностранный отдел ГУГБ НКВД Сергея Шпигельгласа (стал заместителем начальника ИНО Абрама Слуцкого) получили развитие так называемые «литерные операции», связанные с ликвидацией и похищением агентов-перебежчиков и нежелательных эмигрантов[76]. Так, в августе во Франции был убит беглый резидент ИНО НКВД в Константинополе Георгий Агабеков; тело его не было найдено. В сентябре в Швейцарии расстреляли беглого агента ИНО НКВД Игнатия Рейсса (Порецкого), выступившего с открытым письмом против Сталина. (О нём чуть позже.)
Что ждало белоэмигрантов, «заслуживших» право на возвращение, на их исторической родине? Да, в общем-то, ничего хорошего. Они возвращались не в самую лучшую для страны годину – в период кровавых репрессий. Тогда расправлялись и с более «заслуженными» – с теми, кто как раз и выиграл русскую Гражданскую войну. Что уж говорить обо всех тех деникинцах, врангелевцах, дроздовцах и марковцах? Сажали, пытали, расстреливали.
Из воспоминаний полковника Красной армии Семёна Кривошеина («коронель Мели»), встретившего в Мадриде русского белоэмигранта, воевавшего на стороне республиканцев:
«…Он говорил, что приехал в Испанию по зову сердца, чтобы сражаться за республику и этим хотя бы отчасти искупить свою вину перед Россией. Офицер этот потом действительно храбро воевал. В 1938 году я его встретил в Москве уже советским гражданином»[77].
Тот факт, что Кривошеин повстречал на московской улице «советского гражданина» из «бывших», ни о чём не говорит. В те годы и сам полковник не дал бы за свою голову и полушки. А уж за жизнь «одумавшегося» белоэмигранта – и подавно…
76
Бывший начальник ИНО ОГПУ-НКВД корпусной комиссар Артур Артузов (руководил ИНО с 10 июля 1934 по 27 марта 1935 г.) будет расстрелян 21 августа 1937 года. Сменивший его комиссар государственной безопасности 2-го ранга Абрам Слуцкий (с 21 мая 1935 по 17 февраля 1938 г.) погибнет при странных обстоятельствах 17 февраля 1938 года; по одной из версий, был отравлен путём инъекции цианистого калия. Залман Пассов (с 28 марта 1938 по 22 октября 1938 г.) расстрелян в феврале 1940 года. Майора государственной безопасности Сергея Шпигельгласа (легендарного «Дугласа», 1939 год) расстреляют 29 января 1941 года на печально знаменитом расстрельном полигоне НКВД «Коммунарка».
77
В. Телицын «„Пиренеи“ в огне». С. 283.