Хранительница искры

— Не застать живой свою мать, — тихо ответил Хезер, понуро опустив голову.

— Благодарю тебя за честность. Теперь Икар, — улыбнулась Мидэя, взглянув на этого энергичного молодого человека с волосами цвета меди и глазами цвета мёда.

— А я хотел бы узнать какие ощущения даёт тебе священный огонь? Лионель не смог описать это словами, как мы его не пытали.

— Когда огонь пылает на мне — ощущение словно тебя обнимает ласковый и самый любящий человек. Не задевая тела, огонь сжигает все тревоги и унылые мысли, в чистоте возрождая твой дух и веру заново. От частого общения с огнём я могу на расстоянии или через прикосновение почувствовать натуру человека. Мои руки леденеют, если человека переполняет зло, и наоборот, они становятся горячими, когда рядом со мной доброе создание. А если вылить немного огня на ладонь и произнести имя человека — я могу узнать жив ли он ещё. Как зовут твою мать, Хезер? — вытащив из-за пазухи лампадку, Мидэя выпустила себе на ладонь пару искр.

— Гретта, — взволнованно задышал рыцарь.

— Твоя матушка в здравии, моя ладонь потеплела, — успокаивая Хезера, проговорила Мидэя. — Моя очередь задавать вопрос, Икар. Есть ли что-то такое, что не даёт покоя твоей душе из-за содеянного? — её внимательные глаза будто заглянули Икару в душу.

— Да … я … маюсь от странного чувства вины, — с трудом выдавливая слова, заговорил молодой рыцарь. — Однажды в одном из поселений вспыхнул крестьянский бунт и Данат приказал нам покарать зачинщиков. Мы казнили несколько десятков мужчин и женщин. И то … как на меня смотрели их дети — до сих пор мешает мне спать по ночам. Я сам вырос без семьи, поэтому мне знакомы тяжкие мытарства сирот.