Огня для мисс Уокер! [СИ]

— Вы наверняка перепугались, — вздохнул он, настойчиво привлекая ее к себе в объятия. — Бедная девочка.

— Все со мной в порядке! — не выдержала она и оттолкнула его руки. — Раз вы уже все знаете, я пойду. Это миссис Олдброк попросила сообщить новости вам лично. Еще надо договориться о панихиде со священником, но я могу сделать это сама…

— Не спешите, — спохватился мэр, отодвигая кресло у своего стола. — Садитесь же. Вас привез Томас? Я прикажу ему отправляться в поместье, а после сам доставлю вас. Сходим к преподобному, совершим небольшой променад по городу. Вуденкерс…

— Милый городок, — закончил фразу инспектор, входя в кабинет. — Добрый день, мистер Эдверсон.

— Мистер Рейнфорд? — мэр слегка приподнял брови. — Чем обязан?

— Произошло убийство, — ответил он. — А я, разумеется, его расследую.

— Но ведь это был волк, — мистер Эдверсон хохотнул, но быстро понял, что радость его неуместна. — Вы ведь не посадите в тюрьму волка.

— Посажу, — сказал инспектор, занимая кресло, любезно отодвинутое для Джейн. — Если придется. Я бы хотел задать вам несколько вопросов, мистер Эдверсон. Вы ужинали вчера в поместье Олдброков, не так ли?

— Мы можем соблюсти эти формальности позже? — холодно спросил мэр. — Я сейчас несколько занят. Джейн, дорогая…

— Подождите меня в участке, — попросил мистер Рейнфорд, повернув голову к ней. — Я бы хотел уточнить у вас кое-какие детали. Джейн.

Он интонацией выделил ее имя, а после с вызовом посмотрел на мэра. Их взгляды скрестились как шпаги. Серые глаза мистера Эдверсона сверкнули сталью, зеленые — инспектора — хищно прищурились.

— Всего хорошего, джентльмены, — сказала Джейн, сдерживая улыбку, и вышла из кабинета.

Прикрыв за собой дверь, она попрощалась с секретаршей мэра — высокомерной блондинкой, так не похожей на уютную миссис Пампкин, — и, оказавшись на улице, повернула к шпилю церкви, который виднелся над крышами.

Вуденкерс гудел растревоженным ульем. «Убийство, всюду кровь, бедная Марта», — обрывки фраз летели из дворов и приоткрытых окон.

— Ух, проклятые Олдброки, — ворчал старик, вытряхивая трубку на крыльце. — Проклятое волчье время.

Джейн открыла рот, чтобы спросить, при чем тут Олдброки, но старик угрюмо глянул на нее и ушел в дом. Задвижка громко лязгнула. Дверной косяк был измаран толстым слоем грязи, которая растрескалась и кое-где отвалилась кусками.

Вуденкерс точно готовился к осаде: с улиц уносили садовую мебель и цветы, хозяйки снимали белье с протянутых над дорогой веревок и загоняли в дома детей. На крепких ставнях, которыми закрыли уже половину окон, торчали металлические шипы, и город ощетинился, как еж.

Дойдя до церкви, Джейн запрокинула голову. С колокольной башни больше не доносился звон, а острый шпиль, направленный в небо, от старости или ветра слегка искривился, точно звериный клык. Перекрестившись и поправив шляпку, Джейн переступила порог церкви.