Новое о декабристах. Прощенные, оправданные и необнаруженные следствием участники тайных обществ и военных выступлений 1825–1826 гг. [litres]

Таким образом, первое упоминание списка «отставших» участников Союза благоденствия и других ранних тайных обществ содержится в журнале Следственного комитета за 17 января. Список был составлен первоначально на основе показаний Бурцова и А. Н. Муравьева. И хотя в отношении подавляющего большинства были получены показания, подтверждающие их участие в тайном обществе, решение о привлечении их к расследованию, с одобрения императора, не принималось[238].

С этого времени следствие начало выяснять главный для себя вопрос: участвовали ли впервые названные, состоявшие в Союзе благоденствия лица в последующей деятельности тайных обществ в 1822–1825 гг., в заговорах и политических планах? В то же время обращение к ведущим (по терминологии следствия, «главным») участникам поздних тайных обществ одновременно лишало расследование точных данных о действительной степени участия этих лиц в Союзе благоденствия, поскольку следователи в данном случае не обращались к осведомленным свидетелям, направляя вопросные пункты, главным образом, ведущим членам Северного и Южного обществ (Рылеев, И. Пущин, Каховский, Корнилович, Краснокутский и др.). Если проанализировать состав опрошенных, нельзя не заметить, что следствие прежде всего интересовала принадлежность к более поздним тайным обществам и, соответственно, осведомленность о заговоре, планах цареубийства, военного мятежа, покушений на цареубийство, а вовсе не особенности действительного участия в тайном обществе и даже знакомство с политическими целями. Это наглядно демонстрирует сравнительно небольшой интерес, который вызывала у следствия деятельность этих лиц в период существования Союза благоденствия. Характерно, что пункт о решении по этому списку даже не попал в докладную записку императору о заседании Комитета.

«Список 42-х отставших членов Союза благоденствия» впервые упоминается в журнале Следственного комитета за 15 марта 1826 г. Ранее, в феврале, при расследовании причастности к тайному обществу вновь обнаруженных участников Союза, этот список не фигурировал. Так, 24 февраля в ходе выяснения степени участия в тайном обществе В. А. Глинки, когда оказалось, что он принадлежал только к Союзу благоденствия, его отнесли «к разряду тех, кои, отстав от Союза благоденствия, в другое общество не вступали, не знали существование оного, ни в каких совещаниях не бывали, в происшествии 14 декабря не участвовали и потому вытребованы сюда не были». Показания на Глинку были приняты к сведению[239]. Следовательно, список 42-х «отставших» появился позднее.