Белый морок. Голубой берег
- Автор: Головченко Иван Харитонович, Мусиенко Алексей Григорьевич
- Серия: Тетралогия о подпольщиках и партизанах #2
- Год: 1986
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: Изида Зиновьевна Новосельцева
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Белый морок. Голубой берег». Краткое содержание книги:
— Молодцы, постарались на славу! — с еле скрываемой горечью похвалил он побратимов. Неизвестно почему, но его терзало предчувствие, что в последний раз он ступает по этой земле, что уже никогда не возвратиться ему к Змиеву валу, где-многое найдено и многое утрачено.
— Первый же ливень смоет здесь все наши следы, — не поняв, почему так присматривается ко всему Артем, сказал Колодяжный. — Так что можем возвращаться сюда когда угодно: хата будет ждать…
Артем лишь кивнул головой и тронулся в обратный путь.
За болотом в чахлых перелесках уже стояла выстроенная в походном порядке колонна отряда. Впереди, попыхивая цигарками, потихоньку переговаривались смельчаки из головной походной заставы во главе с проводником Митрофаном Мудраком. В авангарде должен был двигаться взвод погибшего Загравы, который со вчерашнего дня возглавил Семен Синило, за ним — штабная и санитарная брички, на которой должен был ехать пленный гауптштурмфюрер Бергман под надзором Мансура Хайдарова, а дальше — подводы минеров, хозяйственников. В арьергард поставили взвод Матвея Довгаля. Все были готовы выступить в поход в любой миг и лишь ждали команды.
Однако Артем не мог подать такую команду. Весь день он ждал возвращения с боевых заданий Варивона, Клавы и Ксендза с Олесем, но ни один из них пока еще не возвратился. Конечно, у Змиева вала можно было бы оставить специального связного, но Артем считал недобрым знамением отправляться в такую дорогу без людей, с которыми он начинал еще из Киева протаптывать партизанскую тропинку.
— И куда это они все запропастились? — полулежа на телеге, нервничал Ляшенко. — Что ж, объявляй, Кирилл, еще одну часовую передышку перед дорогой.
Партизаны с удивлением восприняли это распоряжение. Ведь двое суток, не приседая, они готовились к маршу, неизвестно почему рвались в дорогу, хотя никто не ведал, в какие края поведут их командиры. Но приказ есть приказ. Не отходя от подвод, хлопцы стайками опустились на землю, переговаривались о том о сем, но о будущем походе — никто ни слова. В отряде давно было заведено не разглагольствовать о делах, которые должны были решать командиры, и вообще не проявлять особого любопытства к тому, что тебя не касалось. А если сейчас командиры молчали о цели марша, значит, того требовала боевая обстановка. Все же по тому, что лагерь был законсервирован и все получили сухой паек на трое суток, нетрудно было понять: отправляются они отсюда надолго и дорога их будет далекой и трудной!
Начало смеркаться, когда наконец появилась Клава Лысаковна, ходившая на станцию Спартак, чтобы встретить Варивона, который отправлялся в Киев известить подпольный горком о перебазировании отряда.
— Варивона можете не ждать. Он больше не вернется, — захлебываясь плачем, сообщила Клава. — Из Киева его согласился подвезти знакомый машинист… А возле станции Спартак Варивон высадил его силком, а сам — на красный свет… Ну и на перегоне со встречным эшелоном, который вез эсэсовцев, лоб в лоб… Так что не ждите Варивона…
Присутствующие склонили головы. Так вот, оказывается, почему рвался в Киев этот скромный человек, способный, по мнению некоторых, лишь вести лагерное хозяйство.
Вдруг как-то сразу на землю навалились сумерки. И тут все заметили, что по небу поползли низкие мутные облака. После стольких недель засухи похоже было на приближение дождя. Партизанам только бы радоваться этому, ведь небесные потоки смоют их следы и затруднят вражеское преследование. Но после печального Клавиного рассказа им было не до радости. К тому же донимала тревога о судьбе Ксендза и Олеся.
— Послушайте, Кирилл, что с ними могло случиться в той Резне? — в который уж раз спрашивал Артем.
— Сам понять не могу! Если бы мы хоть одним глазом их увидели… Как только словаки окружили село, а наши пошли на приступ, «пугачи» всем скопом сыпанули наутек к мосту. Мы преспокойно выждали, пока на нем скопище возникло, ну и ударили из всех пулеметов да автоматов. Бандитов как снопов наложили. Ну а завершать дело оставили словакам. Нам же было приказано сразу после операции — на всех парах оттуда. Так что о Сосновском ничего не могу сказать…
Начал накрапывать дождик. Тихий, теплый, мягкий. Но вот над лесом пронесся ветер, сердито зашумел в кронах деревьев, и сразу же густо сыпанули тяжелые капли. Партизаны понабрасывали на себя кто что имел и уже с каким-то болезненным упорством стояли неподвижно в перелеске, ожидая, когда же все-таки возвратятся Олесь и Ксендз.