«Новое солнце на Западе». Беда Достопочтенный и его время

Таким образом, Беда полагал, что его задачей было научить верующих тому, что он знал сам, тому, что было по разным причинам недоступно для других. Книги Блаженного Августина, Амвросия Медиоланского или Григория Великого «так многочисленны, так велики, что только очень богатый человек может их приобрести; они так глубоки, что могут быть прочитаны только самыми учеными людьми... Поэтому я... извлек из томов отцов то, что может научить несведущего читателя», — писал Беда[268]. — «Я хотел принять во внимание неподготовленность нашего народа, англов, который недавно, то есть во времена папы Григория, получил зерно веры и взращивал его не особенно ревностно в том, что касается чтения; и я решился не только объяснить значение [сочинений отцов Церкви], но и сжать их доказательства. Ибо ясная краткость обычно лучше откладывается в памяти, чем подробное рассуждение»[269].

Беда не ограничился тем, что составил выдержки из книг предшественников, но и добавил к ним собственные доводы и пояснения. Помимо текстов, которые комментировали отцы Церкви (например, «Книга Бытия», Евангелие от Луки), Беда толковал книги Писания, которые редко оказывались в сфере внимания христианских авторов («Соборные послания апостолов», «Книги Ездры», «Книга Неемии»).

За основу Беда брал Вульгату, латинский перевод Библии, выполненный Иеронимом Стридонским, но сопоставлял ее с греческим текстом. Методы изучения Писания, которые использовал Беда, были заимствованы им у его предшественников, и восходили к александрийской экзегетической школе. Англо-саксонский писатель различал четыре уровня прочтения текста: буквальный, моральный, аллегорический и апагогический. В начале работы, согласно Беде, следовало изучить грамматику текста и понять, что именно в нем было сказано. Значение фразы могло варьироваться при ее помещении в контекст других книг Заветов. Комментатору надлежало задуматься о скрытых смыслах написанного: для этого интерпретировались отдельные предложения библейского текста. Чаще всего при таком способе прочтения содержание целостной книги отступало на второй план перед самостоятельными значениями ее небольших фрагментов.

Пути извлечения скрытых значений из текстов Беда объяснял ученикам так: «Весь ряд Писания истолковывается четырьмя способами[270]. Во всех Святых книгах следует выяснить, что за непреходящие истины подразумеваются в них, о каких деяниях говорится, какие грядущие события предсказаны, и что за повеления или советы там содержатся... Слово небесной истины может быть воспринято в историческом, аллегорическом, тропологическом (то есть моральном), или в апагогическом смысле. Когда нечто описано ясными словами в соответствии с тем, как буквально оно было сказано или совершено, это история, как, например, когда рассказывается что народ Израильский, спасенный из Египта, в пустыне построил Богу скинию. Это аллегория, если присутствие Христа или Таинств Церкви выражено в мистических словах или событиях; в словах, когда Исайя говорит: И произойдет отрасль от корня Иессеева, и ветвь произрастет от корня его (Ис. 11:1), то есть, если сказать открыто: Родится Дева Мария из рода Давидова, и Христос из рода его произойдет. В событиях, когда народ из рабства египетского спасенный кровью Агнца обозначает Церковь, освобожденную страданием Христа от владычества демонов. Это тропология, то есть моральный способ рассуждения, когда в буквальной или образной речи содержится забота о духовном наставлении и исправлении. Говорится прямо, когда, например, Иоанн увещевает, произнося: Дети мои! станем любить не словом или языком, но делом и истиною (1Ин 3:18). Образно, когда Соломон говорит: Да будут во всякое время одежды твои светлы, и да не оскудевает елей на голове твоей (Еккл. 9:8), то есть, говоря открыто. Да будут во все времена дела твои чисты и да не оскудеет милосердие в сердце твоем. Это анагогия, то есть форма изъяснения, если она отсылает к вещам высшего порядка, которые сообщают в явных или тайных словах о будущей награде и о том, что составляет грядущую жизнь на небесах. Например, явно, когда говорится: Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят (Мф 5:8). Или же тайно, например: Блаженны те, которые омывают одежды свои, чтобы иметь им право на древо жизни и войти в город воротами (Откр 22:14). То есть, говоря открыто. Блаженны те, кто очищают помыслы и дела свои, чтобы иметь право узреть Господа Христа, который говорил: Я есмь путь, и истина, и жизнь, и благодаря вероучению и примерам предшествующих отцов войти в царство небесное»[271].