Путешествие по арабским странам
- Автор: Шеер Максимилиан
- Год: 1966
- Язык: русский
- Переводчик: Р. З. Персиц
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Путешествие по арабским странам». Краткое содержание книги:
— Вы не можете себе представить, — говорила она горячо, — как гордился отец, когда после четырех лет обучения в начальной школе я получила аттестат зрелости и могла поступить в высшую. Он с гордостью показывал мой аттестат друзьям и знакомым. Для него было событием, что его дочь будет учиться в институте, причем тоже в египетском, а не в иностранном. В институте я, между прочим, начала писать.
Она сама принесла чай и прохладительные напитки.
— Чай заваривала моя дочь, у боя сегодня свободный вечер.
Она разлила чай.
— Да, у меня уже взрослая дочь. Ей почти пятнадцать лет. Мы, кстати, кажется, единственная египетская семья, которая завещает дочери такую же часть имущества, что и каждому из сыновей.
— И сколько же она получит?
— Пятьдесят федданов земли.
— А сколько она получила бы по существующим обычаям?
— В два раза меньше, чем брат. «…Сыну, — говорится в Коране, — долю, подобную доле двух дочерей». Между прочим, первый конфликт у меня был из-за решения религиозного суда.
— Когда вам было столько лет, сколько теперь вашей дочери?
— Нет, нет. Тогда я только начала писать. Конфликт возник позже.
— А что вы писали?
— В начале критические заметки о школе. Конечно, под другим именем. Читатели думали, что автор — взрослая женщина, быть может, получавшая сведения от своей дочери.
Ей до сих пор было забавно вспоминать об этом как о «мальчишеской проказе» детских лет.
Отец умер, но перед смертью решил, что она должна поступить в университет. В 1932 году она начала учиться на литературном факультете. Это случилось через три года, после того как женщинам был открыт доступ в Каирский университет.
— Я была одной из первых студенток в Египте, — сказала она гордо.
Но студенты не принимали ее всерьез. Когда в труп пе возникал спор, она должна была молчать. Если она не желала молчать, считалось, что у нее «плохие манеры».
Она не молчала. Она даже была первой девушкой, игравшей в теннис, и прослыла поэтому «безнравствен ной».
— Парии стояли вокруг и глазели на меня, как на обезьяну в клетке.
— Даже в очень отдаленных странах люди мало чем отличаются друг от друга,~ улыбаясь, сказал Петер.
У нас рассказывают, что первых девушек, остригавших волосы, считали безнравственными. Это было после первой мировой войны. В то время немецкий католический епископ заявил, что купаться в общественных местах безнравственно. Все это в общем давно забыто.
Она закурила сигарету и сказала:
— Ну, у нас предрассудки более живучи. Религиозные суды выносили приговоры на основании древних обычаев. В этих судах женщина никогда не могла добиться справедливости. Один возмутительный приговор по делу о разводе даже заставил меня выступить в газете с резким протестом. В то время я каждую неделю писала в эту газету. В конце концов меня вызвал министр юстиции. «А, это вы, — сказал он, — Еще совсем ребенок, а пишете такие статьи! Снисходя к вашей молодости и неопытности, я сейчас не отдам вас под суд, но в следующий раз вы будете наказаны. Можете идти».
После революции пятьдесят второго года религиозные суды были отменены, и я написала открытое письмо бывшему министру юстиции: «Помните, как вы со мной разговаривали?» Он не ответил.
По совету отца она не выходила замуж до окончания университета, но была обручена, и ее жених очень помогал ей в журналистской работе. Он возил ее в машине и ходил с ней в кино. Однажды она сама села за руль и сшибла пешехода. У него был перелом ноги. Газеты опубликовали ее имя и сообщили, чем она занимается: студентка и журналистка.
Мать прочитала сообщение.
«Это правда — ты журналистка?»
Она ничего не знала, так как дочь по-прежнему подписывала свои статьи псевдонимом.
«Да, мама».
Мать сказала, что это позор. От стыда и огорчения у нее случился сердечный припадок, затем он повторился, и год спустя она скончалась.
— Так было еще в середине тридцатых годов, — сказала журналистка.
— А каким вопросам посвящен теперь ваш журнал?
— Главным образом разводам. Мы защищаем разведенных женщин и их детей. Здесь еще много дела. Мы требуем, чтобы дети оставались у матери, и не только но одиннадцати лет, но и до восемнадцати. Мы также требуем, чтобы законом разрешалось вступать в брак девушкам не моложе восемнадцати лет, а не шестнадцати, как теперь, юношам же — не моложе двадцати вместо восемнадцати. Юноши должны успеть до женитьбы получить специальность, а девушки в шестнадцать лет еще недостаточно созрели. Моей дочери в будущем году исполнится шестнадцать лет, а она еще совсем ребенок. В Америке отношения между полами тоже не совсем упорядочены, и я считаю, что это нехорошо.
— Вы были в США?
Она кивнула.
— Я поехала в Америку, — сказала она, — надеясь этим принести пользу Египту. Но на прощание я высказала своим американским слушателям все, что я о них думаю. Теперь я сожалею об этом, по говорила я от чистого сердца. Я много выступала в равных концах Америки, и каждый раз ко мне подходили слушатели. Я надеялась услышать от них вопросы о моей стране, но напрасно. Люди приходили слушать меня, только чтобы провести время, а интересовались они деньгами, моими платьями или модой… Я сказала в последнем выступлении: «Вы думаете, что за доллары можно добиться всего. Вы ошибаетесь. Дружбу купить нельзя. Дружить по-настоящему вы не умеете»..
В комнату вошли муж, и дочь хозяйки. Муж, тихий, погруженный в свои мысли человек, был профессором. На свою жену он смотрел с теплотой и любовью, по немного снисходительно. Дочери он улыбнулся с гордостью и похвалил ее скромную, со вкусом сшитую школьную форму — простое синее платье с белым воротничком.
— Красиво, — сказал отец, — почти как наш национальный костюм.
Стройная черноволосая девушка с темными глазами и тонкими чертами лица искренне рассмеялась и сказала:
— Тебе это платье нравится потому, что не ты должен носить его каждый день.
Эти трое являли собой образец современной египетской семьи, живущей в мире и согласии благодаря тому, что здесь царил достаток, и женщина пользовалась теми же правами, что и мужчина.
Перед бурей
— Кто живет на краю пустыни, привыкает к грозным бурям, — сказал как-то Ахмед.
В Каире все было, как обычно.
В ночь на 13 сентября эскадра английского военного флота приблизилась на шестьдесят километров к устью Нила, а на рассвете продвинулась еще на тридцать километров. Об этом стало известно много времени спустя, в конце октября.
6 октября тридцать пять французских инженеров внезапно оставили работу в Асуане и уехали. Газеты сообщили об этом тоже только в конце октября.
21 октября министр иностранных дел Египта вылетел из Женевы, где он останавливался по дороге из Нью-Йорка, чтобы встретиться с египетскими послами, аккредитованными в Париже, Лондоне и Берне. Во время суэцкого кризиса Швейцария была удобной нейтральной базой. Через Берн можно было вести секретные телефонные переговоры с Парижем или Лондоном, какие опасно было вести непосредственно из Каира. В Египте еще не знали, что один из членов Федерального совета Швейцарии был шпионом, подслушивал разговоры между Берном и Каиром и передавал их содержание французскому военному атташе.
В тот же день британский авианосец «Тезус» с частями морской пехоты на борту направился из Портсмута на укрепление английского флота в Средиземном море. Это ни у кого не вызвало подозрений.
В тот же день в Синайской пустыне взорвались две израильские мины. Один египетский солдат был убит, офицер и два бедуина — ранены. Это казалось несчастным случаем, не более, — сообщалось о нем в крохотной заметке..